logo
 

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

РУССКИЙ ЯЗЫК

 

БИОЛОГИЯ

ГЕОГРАФИЯ

МАТЕМАТИКА

Божья коровка — одно из первых насекомых, с которым знакомишься в раннем детстве. Помните? Небольшой, круглый, выпуклый жучок. У него желто-красные надкрылья, а на них — черные пятнышки. Он никуда не спешит, и он не из робких, этот жучишка. Ползет себе по травинке и никого не боится. Подставишь ему палец, переползет на него. Держишь палец стоймя, и жучок взберется на его кончик. Раскроет надкрылья, вытащит из-под них крылья и расправит их…

Смотришь, как коровка ползет по пальцу, и приговариваешь: «Ты лети на небо, принеси нам хлеба»… И правда, полетит. Конечно, не на небо, и, конечно, никакого хлеба она не принесет — да разве в этом дело? Приятно смотреть, как маленький жучок ползет по пальцу, как неторопливо взлетает с него…


Если коровку грубо толкнуть, она подожмет усики, ноги и замрет. Полежит минуту-другую словно мертвая, а потом поползет.

Говорят, что жук притворяется мертвым: пробует обмануть врага. Насекомое не может притворяться, оно не человек. Но многие жуки, да и другие насекомые иногда вдруг словно «падают в обморок».

Почему? Зачем?

Это два совсем разных вопроса, хотя их и не отделишь друг от друга.

Почему? При сильном, а главное, внезапном внешнем раздражении, обычно при толчке, у некоторых насекомых происходит так называемый нервный шок. Его внешняя примета: насекомое становится неподвижным, как бы «обмирает». Кончится «шок», успокоится раздраженный нервный аппарат, и насекомое «придет в себя»: очнется, поползет.

У насекомых множество врагов. От них нужно обороняться. Кто спасается быстрым бегом, кто прячется, кто больно кусает, кто жалит, кто… Много всяких способов самозащиты. «Обмереть» — один из них.

Неподвижное насекомое труднее заметить, да и не всякую птицу заинтересует «мертвая» добыча. Поджав ножки, обмерший жук падает с ветки или листа вниз и уже тем самым скрывается от врага: где там искать в траве маленького упавшего жучка!

Оказалось, что «обмирать» бывает выгодно. И вот эта повадка — болезненное явление! — у некоторых насекомых закрепилась, превратилась в способ самообороны.

Это ответ на вопрос «зачем?». И, как видите, без «почему?» тут не обойдешься. Ведь не скажете же вы, что коровка «нарочно притворяется мертвой»: больно уж умен и хитер окажется такой жук.

Легко доказать, что никакой «хитрости» здесь нет. Возьмите этого притворщика, чуть толкните его. Готово — «умер»… Жучок лежит неподвижно минуту, другую. Вот он шевельнулся, пополз. Но опасность-то не исчезла, «враг» тут же, рядом. Жук не видит вас — вы слишком велики для него. Но так же он не разглядит и птицу, оказавшуюся около него. Она не тронула «мертвого», но не успела отойти, как жучок пополз. «Очнулся» и пополз тут же на глазах врага…

Очень он «хитер»? Можно сказать, что он «нарочно притворялся»?

Коровке же и нет особой нужды «притворяться мертвой», незачем обманывать врага. Живая или мертвая она, редко кто пробует ее съесть.

Чуть сдавите коровку между пальцами. Поглядите теперь на них: пальцы испачканы желтой жидкостью. Это — кровь. Как только коровка подожмет ножки, из суставчиков, из «коленок» выступают капельки крови: кровяные капельки — защита жука.

Понюхайте палец, испачканный желтой кровью коровки. Запах — неприятный. Наберется на пальце желтой жидкости побольше, лизните: ничего опасного в этом нет. Распробуйте, и вы узнаете, какова примерно на вкус кровь коровки.

Едкий вкус, да еще неприятный запах… Противная она, эта желтая кровь.


Птенец, только что слетевший с гнезда, еще совсем глупый. В гнезде его кормила мать, а уж она-то знала, что можно брать: жизнь ее научила. Птенец этого не знает: еще не научился. Увидит коровку, схватит ее. А схватит, кровь жука попадет ему в рот. Наверное, это очень невкусно. Птица, схватившая коровку, долго чистит клюв. Вид у нее в это время такой, словно она говорит: «Ну и гадость же мне в рот попала!»

Серенького жучка не запомнишь: мало ли их сереньких. Это каждый знает по себе: разных жуков много, а помним мы лишь некоторых. Коровку как раз мы знаем. Почему? Окраска такая, что легко запомнить.

Так и птица: попробует коровку раз, другой — и больше уж не тронет. Запомнит невкусного жучка.

Яркая окраска коровки словно вывеска. А написано на этой вывеске: «Не тронь меня, будет плохо».

Неприятный вкус и приметная окраска не спасают коровок от всех врагов. Их хватают крупные хищные мухи — ктыри, едят некоторые птицы. Но все же они защищены от нападений большинства птиц, и уже этого достаточно.

Капельки крови, выступающие на ножках жука, в народе называют «молочком». Поэтому жук получил прозвище «коровка». Эти жуки и по окраске вроде как коровьей масти: рыжие (красные) с черным или белым, черные с рыжим, желтым. Зовут их еще и «солнышком»: круглые и красные. Правда, это «солнышко» оказывается очень уж пятнистым.

У разных народов по-разному называют коровку, но везде имя у нее ласковое. Любят в народе этого жучка… За что? За спокойный характер, наверное.

Наружность часто бывает обманчивой. Так и с коровкой. Поглядеть на нее — тихоня. Казалось бы, кого она обидит? А на деле — это хищник.

Коровка очень прожорливая. Еда ее — тли. Найти тлей нетрудно: на чем только их нет! На яблоне, на шиповнике, на капусте, на хмеле, да мало ли на каких растениях сидят тли! Иной раз их столько, что весь стебель облепят. Проколов своим хоботком кожицу растения, тли сосут-тянут из него соки.

Плохо приходится тлям, когда приползает или прилетает коровка. Убежать они не могут: ноги у них слабые, и ползать тли почти не умеют. Крыльев у них по большей части нет, да и крылатая тля — плохой летун. Малоподвижные, слабенькие, тли сидят и сосут, сосут…

Появляется коровка и ест их одну за другой. Ей нужно много еды: за день она съедает по сотне, а то и больше тлей. Ну разве не обжора этот маленький, такой скромный на вид жучок!


Одна из самых обычных наших коровок — семиточечная. Так ее назвали потому, что на ее желто-красных надкрыльях семь черных точек: по три на каждом надкрылье и одна общая на шве между ними. Она одна из самых крупных коровок: почти с хорошую горошину, вернее — с ее половинку.

Увидеть ее можно и весной, и летом, и осенью. Весной коровок немного, во второй половине лета гораздо больше, иной раз — множество.

Тли вредят растениям, истощают их. Хищные коровки поедают тлей, уничтожают вредителей. Они полезны.

Последить в садке, как живут и размножаются коровки, — интересно. Вот только прокормить их не так просто: очень уж много еды нужно этим обжорам.

Коровки зимуют по большей части в лесу: на опушках под опавшими листьями, под отстающей корой деревьев. Иногда их бывает здесь очень много: разгребешь листья, а под ними словно насыпаны пятнистые жучки.

После того как стает снег, коровка не сразу выползает наружу из своего зимнего убежища. Очень-?? спешить и незачем: еды еще нет.

Бегут один за другим весенние дни, набухают почки, вылупляются из зимних яиц тли. Еще немного дней, и появляются молодые тлинки. Еда для коровок есть.

Я не тороплюсь наловить коровок для моих садков. Тлей еще немного, и прокормить десяток-другой прожорливых хищников нелегкая задача. Правда, можно обойтись и без тлей. Коровки прекрасно живут, если их кормить сахарной водой. Можно класть в садок и просто кусочки намоченного сахара. Но мне не хочется начинать с такой кормежки: пусть живут как обычно, то есть едят тлей. Я знаю, что не опоздаю: коровки еще не начали откладывать яйца, и время у меня есть.

Тлей понадобится много, и я старательно ищу их в соседних садах и по пустырям. Дома у меня есть запас оранжерейной (персиковой) тли, но надолго ли его хватит? Этих тлей я поберегу на всякий случай, а основной корм — его нужно будет где-то добывать. Вот я и разыскиваю заранее места, богатые кормом.


Уже вовсю цвели калина и шиповник, когда коровки начали откладывать яйца.

Кучка за кучкой появлялись эти продолговатые желтые яички на нижней стороне листьев. Каждый день самка откладывала сколько-то яиц: когда десяток, когда полсотни. И так много дней. Всего самка может отложить больше тысячи яиц, а бывают такие плодущие, что откладывают даже побольше двух тысяч.

Я кормил моих коровок досыта, и они не знали голода. Лишь в одном из садков коровки жили впроголодь, и здесь яиц оказалось гораздо меньше. Недостаток или обилие еды сказывались на плодовитости жука.

Яички словно стояли на листьях: коровка приклеивает их к поверхности листа торчком. В природе яйца семиточечной коровки развиваются быстро. Через пять — четырнадцать дней, смотря по погоде, появляются личинки. В комнате теплее, чем в лесу или на поле, и в моих садках личинки должны были появиться не позже как через неделю.

Новая забота! Нужно было теперь же разместить кучки яиц по садкам, банкам и баночкам. Личинки коровок, даже самые молоденькие, едят при случае и своих сестер. Держать их десятками в одном садке опасно: уцелеют лишь немногие.

Самые ранние кучки яиц начали сереть: признак, что вот-вот вылупятся личинки. В этих кучках было около двухсот яиц, а личинок вывелось всего семьдесят четыре штуки. Меня не удивило это: известно, что во многих яйцах коровки зародыш не развивается совсем, во многих — личинка не может выйти из яйца наружу. Большая плодовитость спасает коровку: если из сотен ее детей лишь пара уцелеет и отложит яйца, то общее количество коровок не убавится: двух умерших родителей заменят двое детей. А значит, вид «семиточечная коровка» будет существовать, и даже не просто существовать, а процветать.

Личинки появились. Крохотные, они не замедлили показать свои повадки: для начала съели и оболочки от яиц и неразвившиеся яйца. Этой еды им хватило ненадолго, и они расползлись с родного листка кто куда. Отправились искать добычу — тлей.

С этого дня начались мои хлопоты. Нужно было досыта кормить маленьких обжор, а их с каждым днем становилось все больше и больше.

Стоило чуть зазеваться, и личинки нападали на своих братьев и сестер: поедали более слабых, менее проворных.


Длинноногие, аспидно-серые, они проворно бегали по растениям, разыскивая еду. Ползая и бегая, они сильно оттопыривали ноги, а потому выглядели не только очень ногастыми, но и не совсем приятными. На спине у них были черные бородавки, а кроме них — несколько ярких оранжевых пятен.

Чем было теплее, тем быстрее росли личинки. В комнате, где стояли садки, средняя температура была 20 градусов тепла, и здесь их развитие заняло месяц. За это время личинки три раза перелиняли. И почти каждый раз, как они линяли, я недосчитывался то в одном, то в другом садке нескольких штук. Линяющая личинка — легкая добыча, а линяли они не все в один день и час. И вот еще не начавшие линять или уже окрепшие после линьки нападали на линявших и поедали их.

Они не отказывались и от другой еды. Ели мелких гусениц, мошкару, комаров. Одна из личинок съела целую бляшку яиц капустницы. Они готовы съесть любое маленькое насекомое, было бы оно достаточно мягко и нежно.

Тлей личинки поедали сотнями, и я каждый день ходил на соседние пустыри, разыскивая корм. Как ни быстро размножаются тли, нелегко иметь такие колонии, чтобы прокормить примерно сотню личинок. Мне нужны были многие тысячи тлей каждый день.

Взрослая личинка съедала за сутки больше сотни тлей, Однодневная крошка и та ухитрялась съесть десяток тлей, и нельзя сказать, что она утрачивала аппетит после такой порции.


Чем теплее было, тем быстрее они развивались и тем больше ели за день. Я поставил несколько баночек с личинками в термостат. В этом небольшом подогреваемом шкафчике поддерживалась довольно ровная температура в 24–25 градусов тепла. Личинки здесь через семнадцать дней оказались взрослыми и начали окукливаться. Каждая из них за это время съела по восемьсот пятьдесят — девятьсот тлей. В природе развитие личинки тянется полтора-два месяца, и за это время она съедает гораздо больше тысячи тлей.

Подошло время окукливания. Личинки, поползав, нашли подходящие места. Чаще это была нижняя сторона листа; некоторые заползли на крышку садка. Выделив клейкую жидкость, личинка прикреплялась-приклеивалась при ее помощи своим задним концом к листу. Она повисала вниз головой и так висела день, другой, третий…


Сбрасывалась последняя кожица личинки: она отодвигалась к листу и там оставалась, прикрывая задний конец куколки.

Сначала одноцветная, желтая куколка постепенно темнела, покрывалась яркими пятнами. Совсем окрасившись, она выглядела очень пятнистой: желтые, оранжевые и темные пятна делали ее яркой и пестрой. Гладкая и пестрая, она совсем не была похожа на будущего жука. Куколка висела открыто. Правда, она не сразу бросалась в глаза, так как была на нижней стороне листа.

И подвесившаяся личинка, и куколка легко могли оказаться добычей еще не окуклившихся личинок. Снова приходилось размещать и пересаживать моих жилиц, чтобы часть их не пострадала от чрезмерного аппетита соседок.

Жизнь куколки коротка: всего около недели.

Уже с четвертого дня я начал старательно следить за куколками: температура сказывается на сроках выхода жука, и коровки могли появиться уже через четыре дня после окукливания личинки. Дни стояли жаркие, и даже ночью тепла хватало с избытком.

Первого жука я увидел на пятый день. Должно быть, он только что выбрался из куколочной оболочки. Голова, грудь и ноги у него были почти черные, на переднеспинке виднелись обычные белые пятна. Но надкрылья были совсем бледные: почти белые, они чуть отдавали розовым цветом. Ни одного пятнышка на них не было.

Коровка сидела на куколочной шкурке совсем неподвижно. У меня не было времени следить за ней не отрываясь, и я подходил к садку примерно один раз в час.

Надкрылья коровки темнели и крепли очень медленно. Черные точки на них начали проступать, еще когда надкрылья были совсем бледными.

Первой появилась общая точка на шве, сзади щитка, и почти одновременно с ней — самая задняя точка на надкрылье. Последней была передняя боковая точка. Темные пятнышки чуть намечались на бледном фоне, постепенно темнели и темнели, становились все более четкими. Понемножку делался ярче и фон: надкрылья не только окрашивались, но и твердели.

Коровка вышла из куколки к вечеру, и только на следующий день она оказалась вполне окрашенной. Ее первой едой была шкурка куколки. Съев ее, коровка заползала по садку в поисках пищи.

Я подставил ей лист, облепленный тлями, и она принялась за них. Она съела тлей и со второго листа и, немножко передохнув, перебралась на третий… Коровка не отказалась от тлей и на четвертом листе.

Одна за другой появлялись молодые коровки в моих садках и баночках. Каждая их них, окрепнув и окрасившись, принималась за еду, начиная с куколочной шкурки. Впрочем, такое начало обеда было совсем необязательно.

Дав жуку окрепнуть, я подрезал ножницами основание куколочной шкурки, и она упала на дно садка. Первое блюдо молодого жука исчезло, но он обошелся и без него: начал сразу с тлей, со второго блюда.

По-видимому, шкурка оказывалась первой едой просто потому, что она была тут же, возле жука.

Я только что сказал: «дав жуку окрепнуть»… А почему бы не убрать шкурку и раньше, зачем ждать, пока жук окрепнет?

Причина для этого была.

Не я придумал этот опыт: об одном из таких наблюдений было напечатано еще в те годы, когда я был восьмилетним мальчишкой. Прочитал я о нем много лет спустя, уже студентом, а проделал-повторил его и еще позже.

Только что вышедшая из куколки, мягкая и еще не окрасившаяся коровка не ползает. Она сидит неподвижно, словно дожидаясь, пока ее платье получит свой окончательный цвет.

А если спугнуть ее, заставить ползать? Что тогда?

Удивительное дело! Спугнутая коровка начинает ползать: ее ноги достаточно крепки для этого. Она ест: куколочную шкурку, тлей, что окажется тут же из съедобного. Покровы ее тела и надкрылья постепенно твердеют. Но пятна на надкрыльях… какие были пятна, когда коровку спугнули, такие и останутся. Появились уже все пятна — все и будут. Появилась только часть их — остальных не дождешься.

Я потревожил коровку, когда она только что вышла из куколки. У нее еще не было ни одного пятна. Она так и осталась без пятен. Да и окраска надкрылий у нее оказалась не обычной желто-красной, а какой-то тускло-бледной: жук выглядел недоокрашенным.

Я тревожил коровок и в другое время. Если пятна у жука уже проступили, но были еще тусклыми, то они не становились яркими и резкими. Всякий раз окрашивание словно замирало, и всякий раз надкрылья не получали обычной крепкости.

У меня были куколки и другого вида коровки: двуточечной. У нее на желто-красных надкрыльях всего по одной черной точке. Эти коровки гораздо мельче семиточечной, а искать их нужно на деревьях. И они тоже оставались недоокрашенными, и у них пятна то не появлялись совсем, то оказывались нечеткими.

Это явление мало исследовано и здесь можно сделать ряд интереснейших наблюдений. Для этого совсем не нужно выращивать личинок, выводя их из яиц. Достаточно наловить крупных, почти взрослых личинок, а еще проще — набрать куколок.


Хищные коровки — жуки и личинки — истребляют множество тлей и их родни, еще менее подвижных червецов и щитовок.

Поищите на капустных грядках тлей. На капусте живет капустная тля: она портит кочаны, и с ней нужно бороться. Найдете тлей на капусте, наловите сколько-нибудь коровок или их личинок. Пустите их на капусту. Последите, скоро ли они очистят ее от тлей.

Тли живут и на других огородных растениях. Они нередки на молодых побегах яблонь и груш, иной раз облепляют листья на молодых веточках сливы. Нападают тли и на садовые цветы. Многие любители комнатных растений жалуются, что никак не могут справиться с тлями.

Наловите коровок и напустите их на тлей. Они быстро очистят от них растения.

У мандаринов и других цитрусовых, у яблонь, груш, слив, у чайного куста есть на юге опаснейшие враги: различные виды червецов и щитовок. Бороться с ними при помощи всяких ядов трудно, и химия мало помогает здесь садоводу. К тому же яды вредны. Коровки оказались прекрасными защитниками и чайного куста, и мандаринов, и яблонь. На разные виды червецов и щитовок нападают и разные виды коровок: на одних — местные, на других — привезенные из далеких стран. Коровки охраняют нам мандарины и чайный куст на Черноморском побережье Кавказа: австралийская коровка родолия стережет мандарины, местная коровка хипераспис оберегает чайные кусты.

 

Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru

Поиск

 
 

Блок "Поделиться"

 
 
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru

Copyright © 2021 High School Rights Reserved.