logo
 

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

РУССКИЙ ЯЗЫК

 

БИОЛОГИЯ

ГЕОГРАФИЯ

МАТЕМАТИКА

За­да­ние 1. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «гор­ла­стый» в пред­ло­же­нии 57 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Подъём по до­ро­ге, ве­ду­щей к дому, был кру­той. (2)Ки­рилл оста­но­вил­ся, со­ско­чил с седла и пошёл по тёплому ас­фаль­то­во­му тро­туа­ру, держа ве­ло­си­пед за руль. (3)Было без­люд­но, цвели в при­до­рож­ной ка­на­ве ма­лень­кие ро­маш­ки, и со­всем по-лет­не­му гудел в траве у де­ре­вян­но­го за­бо­ра шмель.

(4)До верха было ещё да­ле­ко, когда, раз­дви­нув доски в за­бо­ре, нав­стре­чу Ки­рил­лу вышли Дыба и не­зна­ко­мый па­рень.

(5)Они вста­ли на до­ро­ге.

(6)Ки­рилл вспом­нил слова из песни про пять минут на ре­ше­ние и пять се­кунд на бро­сок. (7)Сей­час пяти минут не было. (8)Пяти се­кунд — тоже.

(9)Была, по­жа­луй, се­кун­да, чтобы рыв­ком раз­вер­нуть ве­ло­си­пед и прыг­нуть в седло. (10)Но в эту се­кун­ду Ки­рилл успел по­нять и ре­шить мно­гое. (11)Он по­чув­ство­вал, что, если те­перь спасётся бег­ством, все­гда потом придётся бе­гать и пря­тать­ся. (12)И по­лу­чит­ся, что они с Дыбой оди­на­ко­вы: если силь­ный, то ко­роль, а если сла­бее — под­жи­май хвост.

(13)Ки­рилл шаг­нул вперёд.

(14)Дыба за­ух­мы­лял­ся.

(15)— По­на­ча­лу все гор­дые... — ска­зал он.

(16)Его при­я­тель рас­тя­нул блед­ные губы. (17)Это, ви­ди­мо, тоже была улыб­ка, но какая-то бес­цвет­ная. (18)Ки­рилл уви­дел тёмные щер­ба­тые зубы.

(19)Ещё он за­ме­тил, что у парня сле­зят­ся глаза, а лицо слов­но при­по­ро­ше­но серой пылью. (20)«На­сквозь, дурак, про­ку­рен», — ма­ши­наль­но по­ду­мал Ки­рилл.

(21)— Ну, ставь ма­ши­ну, по­го­во­рим, — не­бреж­но пред­ло­жил Дыба. — (22)Дра­па­нуть всё равно не успе­ешь.

(23)— Успел бы, если бы хотел! — ска­зал Ки­рилл и дёрнул руль, на ко­то­рый Дыба по­ло­жил руку. (24)— Не цапай, я потом не от­чи­щу.

(25)Он при­сло­нил ве­ло­си­пед к за­бо­ру.

(26)— Ну, чего надо?

(27)Они сто­я­ли в метре от него. (28)Дыбин при­я­тель смот­рел рав­но­душ­но, а Дыба всё ух­мы­лял­ся. (29)Он хотел ка­зать­ся об­ра­до­ван­ным, но в ух­мыл­ке про­скаль­зы­ва­ло разо­ча­ро­ва­ние: пой­ман­ный Ки­рилл вёл себя не по пра­ви­лам.

(30)Потом Дыба пе­ре­стал улы­бать­ся и спро­сил:

(31)— Тебя, цыплёночек, когда-ни­будь били? (32)По-на­сто­я­ще­му?

(33)— Это по-бан­дит­ски, зна­чит? (34)Как вы Чирка? — при­щу­рив­шись, про­изнёс Ки­рилл.

(35)Дыба снис­хо­ди­тель­но разъ­яс­нил:

(36)— Не, Чирка мы для вос­пи­та­ния. (37)Чтобы слу­шал­ся. (38)А как по­на­сто­я­ще­му, сей­час узна­ешь.

(39)Ки­рилл быст­ро гля­нул по сто­ро­нам: нет ли про­хо­жих? (40)Было пусто.

(41)Но Ки­рилл не убе­жал. (42)Он не хотел бе­жать — нель­зя! (43)Ему хо­те­лось ото­мстить. (44)За всё... (45)За Чирка, за свою боль, за всех, над кем они из­де­ва­лись! (46)Ото­мстить за всех, кого они ещё могут оби­деть, из­бить!

(47)…Бой был не­рав­ный: двое про­тив од­но­го. (48)Не­из­вест­но, чем бы это всё за­кон­чи­лось: у Ки­рил­ла уже почти не оста­лось сил, хотя сда­вать­ся он не со­би­рал­ся. (49)Но вдруг сквозь гу­дя­щую боль во всём теле он услы­шал далёкий тон­кий голос:

(50)— Кир, дер­жись! (51)Кир, я сей­час!

(52)Это летел на ве­ло­си­пе­де ма­лень­кий Мить­ка-Маус. (53)Он не тор­мо­зил на спус­ке. (54)На­о­бо­рот, он так вер­тел пе­да­ли, что ко­лен­ки его мель­ка­ли на солн­це, будто зай­чи­ки на жёлтых ло­па­стях вет­ря­ка. (55)Он вце­пил­ся в руль одной рукой, а в дру­гой, как па­ли­цу, под­нял кри­вой тяжёлый сук, схва­чен­ный где-то по до­ро­ге.

(56)Услы­шав крик, Дыба с при­я­те­лем скры­лись. (57)Ви­ди­мо, они ре­ши­ли, что за гор­ла­стым пацанёнком идёт под­мо­га: им и в го­ло­ву не могло прий­ти, что такой ма­лень­кий пар­ниш­ка осме­лит­ся бро­сить­ся на по­мощь в оди­ноч­ку. (58)Они же не знали, что вчера Ки­рилл и Мить­ка до­го­во­ри­лись все­гда за­сту­пать­ся друг за друга. (59)А друж­ба не бо­ит­ся стра­ха.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 2. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «швыр­нул» в пред­ло­же­нии 61 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)У То­ни­ка было тя­же­ло на душе. (2)Все маль­чиш­ки по­ве­ри­ли, что он не­пре­мен­но прыг­нет с па­ра­шют­ной вышки. (3)А он не прыг­нул. (4)Ко­неч­но, при­чи­на была не в его тру­со­сти, а в том, что Жень­ка Мухин, от­ве­ча­ю­щий за прыж­ки с па­ра­шю­том, не раз­ре­шил. (5)Ка­за­лось бы, к чему тре­во­жить­ся: раз пры­жок был отменён не по вине То­ни­ка, зна­чит, с него и взят­ки глад­ки! (6)Вот если бы Жень­ка раз­ре­шил… (7)А если бы Жень­ка раз­ре­шил? (8)Прыг­нул бы или нет? (9)А вдруг бы стру­сил? (10)Тогда, по­лу­ча­ет­ся, он об­ма­нул ребят, ко­то­рые по­ве­ри­ли в его сме­лость. (11)«Не­чест­но это», — твер­ди­ла не­уго­мон­ная со­весть маль­чиш­ки.

(12)Маль­чик, рас­тре­во­жен­ный этими мыс­ля­ми, лёг щекой на под­окон­ник. (13)Сто­я­ла ав­гу­стов­ская ночь, с горь­ким за­па­хом по­лы­ни, с го­ря­щи­ми в хо­лод­ном небе бе­лы­ми звёздами. (14)Но тут на пар­ниш­ку слов­но на­шло­оза­ре­ние, и он резко под­нял­ся со стула.

(15)В го­ло­ве пуль­си­ро­ва­ла толь­ко одна мысль: пусть Жень­ка Мухин будет у себя на месте, ведь тот се­год­ня дол­жен но­че­вать в будке подле вышки.

(16)Когда Тоник, за­та­ив ды­ха­ние, вошёл в будку, Жень­ка уди­вил­ся:

(17)— Ты зачем здесь?

(18)— Я думал... — начал не­зва­ный гость. — (19)Может быть, можно сей­час. (20)Темно ведь, и ни­ко­го нет...

(21)— Прыг­нуть? — спро­сил Мухин.

(22)— Да, — маль­чиш­ка не вол­но­вал­ся. (23)Было ясно, что Жень­ка не раз­ре­шит: слиш­ком уж он су­ро­во смот­рел на ноч­но­го по­се­ти­те­ля и долго мол­чал. (24)Но вдруг Мухин легко вско­чил.

(25)— Пойдём!

(26)Что-то ух­ну­ло и за­мер­ло внут­ри у То­ни­ка. (27)После яр­ко­го света ночь по­ка­за­лась аб­со­лют­но чёрной. (28)Он понял: вот сей­час придётся пры­гать, оста­лось со­всем не­мно­го, уже скоро. (29)Очень скоро. (30)Через ми­ну­ту. (31)И в этот миг стало не­стер­пи­мо труд­но ды­шать, слов­но кто-то хо­лод­ны­ми ла­до­ня­ми сда­вил ему рёбра.

(32)— Сюда, — Мухин под­толк­нул его к сту­пень­кам. — (33)Ну, давай. (34)Марш вперёд.

(35)Они под­ни­ма­лись молча. (36)Маль­чон­ка плот­но, до боли в паль­цах пе­ре­хва­ты­вал хо­лод­ную по­лос­ку перил. (37)Когда вы­брал­ся на пло­щад­ку, он не смот­рел во­круг, по­то­му что было страш­но. (38)Купол па­ра­шю­та навис над ним баг­ро­вы­ми склад­ка­ми.

(39)Жень­ка надел на То­ни­ка бре­зен­то­вые лямки. (40)За­стег­нул пряж­ки на груди, на поясе, у ног. (41)При­це­пил па­ра­шют­ные стро­пы и твёрдо ска­зал:

(42)— Ну, пошёл...

(43)И тот пошёл. (44)Надо было идти. (45)У него всё за­сты­ло внут­ри, а по коже про­бе­жа­ла элек­три­че­ская дрожь. (46)Шаг, вто­рой, тре­тий, четвёртый. (47)Но вот обрыв. (48)Боль­ше не сде­лать даже са­мо­го ма­лень­ко­го шага.

(49)И за­дер­жи­вать­ся нель­зя. (50)Оста­но­вишь­ся хоть на се­кун­ду — и гул­кий, бо­лез­нен­ный страх ока­жет­ся силь­нее тебя.

(51)И маль­чиш­ка перешёл гра­ни­цу рав­но­ве­сия… (52)Пошёл!

(53)Вдруг силь­ный, рез­кий рывок бро­сил его назад, на доски пло­щад­ки, и Тоник, ещё ни­че­го не успев­ший по­нять, уви­дел над собой фи­гу­ру Му­хи­на, ко­то­рый креп­ко дер­жал па­рень­ка.

(54)— Нель­зя, — ска­зал Жень­ка. — (55)Пойми, там про­ти­во­вес. (56)Ты не

по­тя­нешь вниз. (57)Я ведь тебе днём то же самое го­во­рил.

(58)Мухин от­це­пил па­ра­шют. (59)И по­вто­рил:

(60)— По­ни­ма­ешь, нель­зя...

(61)Маль­чиш­ка рва­нул с себя лямки и швыр­нул их в сто­ро­ну. (62)Ему по­ка­за­лось, что Жень­ка из­де­ва­ет­ся над ним. (63)Он знал, что сей­час за­пла­чет гром­ко, взахлёб. (64)Ни за что не сдер­жать­ся, по­то­му что в этих сле­зах не толь­ко обида. (65)В них долж­но было вы­лить­ся всё на­прас­ное вол­не­ние, весь страх, ко­то­рый он дер­жал внут­ри себя перед прыж­ком.

(66)Мухин ла­до­ня­ми сжал плечи То­ни­ка. (67)И ска­зал не­гром­ко:

(68)— Ведь не жалко мне. (69)Но, чест­ное слово, нель­зя.

(70)Тот стих.

(71)— Ведь ты бы прыг­нул, — ска­зал Жень­ка, не от­пус­кая его. (72)— Ты бы всё равно прыг­нул, по­то­му что я пой­мал, когда ты уже падал. (73)Глав­ное-то знать, что не ис­пу­гал­ся. (74)Верно?

(75)И тут стало ясно, по­че­му Жень­ка так легко раз­ре­шил пры­гать: Мухин понял, что для То­ни­ка очень важно пре­одо­леть в себе страх. (76)До­ка­зать, что он не трус, что не зря ре­бя­та по­ве­ри­ли ему.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 3. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «клян­чить» в пред­ло­же­нии 32 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Ве­чер­нее солн­це све­ти­ло в спину, и впе­ре­ди Мак­си­ма — тре­тье­класс­ни­ка, го­то­вя­ще­го­ся по­сле­зав­тра стать пи­о­не­ром, — на ас­фаль­те смешно ша­га­ла уди­ви­тель­но длин­ная и тон­ко­но­гая тень. (2)Она при­хра­мы­ва­ла. (3)По­то­му что Мак­сим тоже при­хра­мы­вал: опять стало бо­леть пе­ре­вя­зан­ное ко­ле­но. (4)И во всём теле, как тяжёлая вода, ко­лы­ха­лась уста­лость.

(5)Про­хо­дя мимо вит­ри­ны бу­лоч­ной, Мак­сим гля­нул на своё от­ра­же­ние в стек­ле. (6)Да-а… (7)Вид, ко­неч­но, не тот, что утром. (8)Об­шла­га и локти у ру­баш­ки серые, верх­няя пу­гов­ка на жи­ле­те висит на нитке, сам жилет помят, а штаны во­об­ще в гар­мош­ку. (9)Ноги по­би­ты и по­ца­ра­па­ны, слов­но Мак­сим драл­ся со стаей ка­мы­шо­вых котов. (10)Мама, ко­неч­но, огор­чит­ся… (11)А впро­чем, ладно! (12)Он, пе­ре­си­лив­ший в себе за один ко­рот­кий день столь­ко стра­хов, воз­вра­ща­ет­ся по­бе­ди­те­лем, а по­бе­ди­те­лей, го­во­рят, не судят.

(13)Тут Мак­сим глот­нул и то­роп­ли­во отошёл от вит­ри­ны. (14)По­то­му что, кроме са­мо­го себя, он раз­гля­дел за стек­лом ба­то­ны и под­жа­ри­стые ка­ра­ваи. (15)А у него, в по­то­ке се­го­дняш­них при­клю­че­ний не успев­ше­го по­есть, от го­ло­да мягко кру­жи­лась го­ло­ва. (16)Ох, ско­рей бы домой! (17)Жаль, что бе­жать сил нет.

(18)На углу сто­я­ла те­леж­ка с на­ве­сом и над­пи­сью «Пи­рож­ки». (19)По­жи­лая, с мор­щи­ни­стым лицом про­дав­щи­ца в белом ха­ла­те и крах ма­ле­ной ша­поч­ке шур­ша­ла про­мас­лен­ны­ми бу­ма­га­ми. (20)Мак­сим, гло­тая слюну, подошёл и про­тя­нул пять руб­лей, за­бот­ли­во по­ло­жен­ные мамой в ма­лень­кий кар­ма­шек, чтобы он по­обе­дал в те­че­ние дня, а сдачу принёс домой в це­ло­сти и со­хран­но­сти.

(21)— Дайте, по­жа­луй­ста…

(22)Жен­щи­на вы­пря­ми­лась так быст­ро, что Мак­сим не до­го­во­рил, и резко бро­си­ла:

(23)— Нету сдачи! (24)Ты бы ещё сто руб­лей дал! (25)Не ви­дишь, что ли, день­ги уже сдала!

(26)Как он мог ви­деть? (27)Бе­ло­бры­сый маль­чиш­ка, ещё со­всем ма­лень­ко­го роста, видел толь­ко пи­рож­ки — пу­за­тые, зо­ло­ти­стые. (28)Они аро­мат­ной горой воз­вы­ша­лись в алю­ми­ни­е­вой кор­зи­не. (29)Они были, на­вер­ное, с мясом и рисом…

(30)Мак­сим пожал пле­ча­ми и с не­при­ят­ным чув­ством пошёл прочь, ста­ра­ясь не хро­мать. (31)В конце кон­цов, не умрёт же он! (32)Чем сто­ять и клян­чить, лучше по­тер­петь, по­то­му что Мак­сим­ка не любил уни­жать­ся.

(33)А из-за спины до­нес­лось вор­ча­ние:

(34)— От горш­ка два верш­ка, а с та­ки­ми день­га­ми…

(35)От­ку­да они бе­рут­ся, такие вред­ные люди? (36)И эта, и Ма­ри­на, не­спра­вед­ли­во об­ви­нив­шая Мак­сим­ку в во­ров­стве, и та тётка за за­бо­ром, на­кри­чав­шая на него ни за что… (37)Все эти мысли кру­ти­лись в го­ло­ве маль­чон­ки, когда он вдруг услы­шал тот же голос, ко­то­рый, прав­да, зву­чал уже как-то по-иному:

(38)— Маль­чик! (39)Маль­чик, по­до­жди!

(40)Что ей ещё надо? (41)При­драть­ся хочет, от­ку­да день­ги? (42)Мак­сим оста­но­вил­ся, по­смот­рел назад.

(43)— Маль­чик! — по­зва­ла про­дав­щи­ца не­ сер­ди­то. (44)— По­дой­ди сюда.

(45)Он опять пожал пле­ча­ми и подошёл.

(46)— Возь­ми, дру­жок, ску­шай,— ска­за­ла про­дав­щи­ца и про­тя­ну­ла пи­ро­жок, ак­ку­рат­но завёрну­тый в бу­маж­ную сал­фет­ку.

(47)— Да что вы, не надо,— то­роп­ли­во про­изнёс Мак­сим и, ка­жет­ся, по­крас­нел.

(48)— Возь­ми, возь­ми, не сер­дись.

(49)Она была те­перь со­всем не злая. (50)Улыб­чи­вая и чу­точ­ку ви­но­ва­тая.

(51)«Спа­си­бо, не хочу», — хотел ска­зать Мак­сим, но пи­ро­жок был такой изу­ми­тель­но ап­пе­тит­ный, что рука, не медля ни се­кун­ды, по­тя­ну­лась к нему сама. (52)А язык сам ска­зал:

(53)— Спа­си­бо боль­шое…

(54)— Кушай на здо­ро­вье. (55)Не оби­жай­ся на ста­рую, это я на солн­це на­сто­я­лась, ума­я­лась за день…

(56)Мак­сим ещё раз ска­зал спа­си­бо и пошёл, огля­ды­ва­ясь и думая о том, как всё-таки стран­но устро­ен мир: не сразу поймёшь, хо­ро­ший че­ло­век или пло­хой, сер­ди­тый или доб­рый, и по­че­му это про­ис­хо­дит.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 4. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «раз­ле­те­лась» в пред­ло­же­нии 50 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Не­да­ле­ко от ска­ли­сто­го бе­ре­га рез­ви­лись на по­верх­но­сти оке­а­на дель­фи­ны. (2)Вдруг один из них от­де­лил­ся, гром­ко фырк­нул, как бы от­ве­чая на при­зыв­ный сиг­нал трубы, и быст­ро по­плыл к скале. (3)Вско­ре ловцы жем­чу­га снова уви­де­ли этого дель­фи­на, толь­ко те­перь на его спине си­де­ло, как на ло­ша­ди, стран­ное су­ще­ство. (4)Чу­до­ви­ще об­ла­да­ло телом че­ло­ве­ка, а на лице его вид­не­лись пре­огром­ные, как ста­рин­ные часы-лу­ко­ви­цы, глаза, свер­кав­шие в лучах солн­ца по­доб­но фо­на­рям ав­то­мо­би­ля. (5)Кожа, ка­за­лось, от­ли­ва­ла неж­ным го­лу­бым се­реб­ром, а кисти рук по­хо­ди­ли на ля­гу­ше­чьи — тёмно-зелёные, с длин­ны­ми паль­ца­ми и пе­ре­пон­ка­ми между ними. (6)Стран­ное су­ще­ство дер­жа­ло в руке длин­ную витую ра­ко­ви­ну и тру­би­ло, затем оно за­сме­я­лось весёлым че­ло­ве­че­ским сме­хом, что-то крик­ну­ло, по­хло­па­ло ля­гу­ше­чьей рукой по лос­ня­щей­ся спине дель­фи­на, и они вме­сте по­нес­лись по во­дя­ной глади оке­а­на.

(7)Ловцы не­воль­но вскрик­ну­ли.

(8)Не­обыч­ный на­езд­ник обер­нул­ся, уви­дел людей, с быст­ро­той яще­ри­цы со­скольз­нул с дель­фи­на и скрыл­ся в воде.

(9)Весь этот не­обыч­ный выезд занял не более ми­ну­ты, но зри­те­ли долго не могли прий­ти в себя от изум­ле­ния.

(10)Скоро лодки рас­се­я­лись по за­ли­ву. (11)На каж­дой было два ловца: один нырял, дру­гой вы­тас­ки­вал ны­ряль­щи­ка, а потом они ме­ня­лись ро­ля­ми.

(12)Вода была очень тёплая и про­зрач­ная: на дне отчётливо был виден каж­дый ка­ме­шек. (13)Ближе к бе­ре­гу со дна под­ни­ма­лись ко­рал­лы — не­по­движ­но за­стыв­шие кусты под­вод­ных садов. (14)Мел­кие рыбёшки, от­ли­вав­шие зо­ло­том и се­реб­ром, шны­ря­ли между этими ку­ста­ми.

(15)Ны­ряль­щик опу­стил­ся на дно и, со­гнув­шись, начал быст­ро со­би­рать ра­ко­ви­ны и класть в при­вя­зан­ный на боку ме­шо­чек. (16)Его то­ва­рищ по ра­бо­те, мест­ный ин­де­ец, дер­жал в руках конец верёвки и, пе­ре­гнув­шись через борт лодки, смот­рел в воду.

(17)Вдруг он уви­дел, что ны­ряль­щик вско­чил на ноги так быст­ро, как толь­ко мог. (18)Взмах­нул ру­ка­ми, ухва­тил­ся за верёвку и дер­нул её так силь­но, что едва не стя­нул на­пар­ни­ка в воду. (19)Лодка кач­ну­лась. (20)Ны­ряль­щик ловко взо­брал­ся на неё, глаза его были рас­ши­ре­ны. (21)Ши­ро­ко рас­крыв рот, он с ис­пу­гом вы­мол­вил:

− (22)Акула. (23)Нам конец.

(24)В воде тво­ри­лось что-то не­лад­ное. (25)Ма­лень­кие рыбки, как птицы, за­ви­дев­шие кор­шу­на, спе­ши­ли укрыть­ся в гу­стых за­рос­лях под­вод­ных лесов.

(26)И вдруг ин­де­ец уви­дел, как из-за вы­сту­пав­шей под­вод­ной скалы по­ка­за­лось что-то по­хо­жее на баг­ро­вый дым, ко­то­рый мед­лен­но рас­пол­зал­ся во все сто­ро­ны, окра­ши­вая воду в ро­зо­вый цвет. (27)По­яви­лась акула, мед­лен­но по­вер­ну­лась, затем ис­чез­ла за вы­сту­пом скалы. (28)Баг­ро­вый под­вод­ный дым мог быть толь­ко кро­вью, раз­ли­той на дне оке­а­на. (29)Что там про­изо­шло? (30)Ин­де­ец по­смот­рел на сво­е­го то­ва­ри­ща, но тот не­по­движ­но лежал на спине, ловя воз­дух ши­ро­ко рас­кры­тым ртом, и бес­смыс­лен­но гля­дел в небо. (31)Про­шло не­сколь­ко минут, и ны­ряль­щик на­ко­нец пришёл в себя, но как будто по­те­рял дар речи — толь­ко мычал, качал го­ло­вой и от­ду­вал­ся, вы­пя­чи­вая губы.

− (32)Го­во­ри! — крик­нул ин­де­ец, с силой трях­нув на­пар­ни­ка.

(33)Тот по­кру­тил го­ло­вой и ска­зал глу­хим го­ло­сом:

− (34)Видал мор­ско­го дья­во­ла, он спас меня от акулы.

− (35)Да го­во­ри же! — кри­ча­ли изо всех сил ловцы, со­брав­ши­е­ся возле лодки.

− (36)Смот­рю — акула, плывёт прямо на меня. (37)Конец мне! (38)Боль­шая, чёрная, уже пасть от­кры­ла, сей­час есть меня будет. (39)Вижу: ещё кто-то

плывёт.

− (40)Дру­гая акула?

− (41)Дья­вол! (42)Тот самый, ко­то­рый играл с дель­фи­ном. (43)Лапы, как у ля­гуш­ки. (44)Сам бле­стит, как рыба чешуёй. (45)По­плыл к акуле, сверк­нул лапой — шарк! (46)Кровь из брюха акулы…

− (47)Чу­де­са! (48)Чу­до­ви­ще спа­са­ет че­ло­ве­ка!

− (49)Это мор­ской бог при­хо­дит на по­мощь бед­ным, — по­пра­вил ны­ряль­щи­ка ста­рый ин­де­ец.

(50)Весть быст­ро раз­ле­те­лась по лод­кам, пла­вав­шим в за­ли­ве.

По А. Р. Бе­ля­е­ву

 

 

За­да­ние 5. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «не­взна­чай» в пред­ло­же­нии 11 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Ещё ночь, но скоро рас­свет. (2)Их­ти­андр идёт по пес­ча­ной до­рож­ке сада, ко­то­рая еле видна, под но­га­ми по­трес­ки­ва­ет ра­ку­шеч­ный песок. (3)Он ду­ма­ет о на­став­ле­ни­ях отца, док­то­ра Саль­ва­то­ра, ко­то­рый когда-то, спа­сая боль­но­го Их­ти­андра от смер­ти, пе­ре­са­дил ему жабры мо­ло­дой акулы. (4)С тех пор юноша мог жить и на земле, и под водою, но о жизни моря знал боль­ше, чем о жизни людей.

(5)Он не спеша на­де­ва­ет боль­шие очки с тол­сты­ми стёклами, затем вы­ды­ха­ет из лёгких воз­дух и пры­га­ет в воду. (6)Не­сколь­ко силь­ных дви­же­ний ру­ка­ми, и Их­ти­андр, че­ло­век-рыба, ока­зы­ва­ет­ся в род­ной вод­ной сти­хии. (7)Он видит, как в глу­би­не мель­ка­ют го­лу­бо­ва­тые искры рыбок-но­че­све­ток, как туск­ло-крас­ные ме­ду­зы легко, как в танце, опус­ка­ют­ся на дно. (8)При­бли­жа­ет­ся рас­свет, и све­тя­щи­е­ся жи­вот­ные мед­лен­но тушат свои фо­на­ри­ки.

(9)Вот луч солн­ца упал на воду, и она сразу по­зе­ле­не­ла, за­свер­ка­ли мел­кие во­дя­ные пу­зырь­ки, за­ши­пе­ла пена. (10)Не­да­ле­ко от юноши рез­вят­ся его дру­зья, дель­фи­ны, по­гля­ды­вая на него весёлыми, хит­ры­ми, лю­бо­пыт­ны­ми гла­за­ми. (11)Они все­гда, как бы не­взна­чай, ока­зы­ва­ют­ся рядом, где бы Их­ти­андр ни по­явил­ся. (12)Их лос­ня­щи­е­ся тёмные спины мель­ка­ют среди волн. (13)Че­ло­век-ам­фи­бия смеётся, ловит дель­фи­нов, пла­ва­ет вме­сте с ними. (14)Ему ка­жет­ся, что и этот океан, и эти дель­фи­ны, и это небо и солн­це со­зда­ны толь­ко для него.

(15)Од­на­ко без­дей­ствие скоро на­до­еда­ет, и юноша устрем­ля­ет­ся к от­ме­ли, где гиб­нут бес­по­мощ­ные крабы, ме­ду­зы, мор­ские звёзды. (16)Их­ти­андр любит спа­сать вы­бро­шен­ных на берег жи­вот­ных.

(17)Вы­ныр­нув на по­верх­ность, юноша за­ме­тил на вол­нах какой-то пред­мет, по­хо­жий на кусок бе­ло­го па­ру­са с ры­ба­чьей лодки. (18)Под­плыв по­бли­же, он с удив­ле­ни­ем уви­дел мо­ло­дую жен­щи­ну, при­вя­зан­ную к доске. (19)Не­уже­ли эта кра­си­вая де­вуш­ка мерт­ва? (20)Че­ло­век-ам­фи­бия был так взвол­но­ван своей на­ход­кой, что у него впер­вые по­яви­лось враж­деб­ное чув­ство

к оке­а­ну.

(21)Быть может, де­вуш­ка толь­ко по­те­ря­ла со­зна­ние? (22)Он ухва­тил­ся за доску и быст­ро на­пра­вил­ся к бе­ре­гу.

(23)Их­ти­андр плыл, на­пря­гая все свои силы, толь­ко ино­гда делал ко­рот­кие оста­нов­ки, чтобы по­пра­вить го­ло­ву де­вуш­ки, и нежно шеп­тал ей, как рыбке, по­пав­шей в беду: (24)«По­тер­пи, бед­ная, не­мно­го!»

(25)Он хотел, чтобы де­вуш­ка от­кры­ла глаза, но бо­ял­ся ис­пу­гать её. (26)Не снять ли очки и пер­чат­ки? (27)Но на это уйдёт время, а плыть без пер­ча­ток будет труд­нее.

(28)Вот и по­ло­са при­боя. (29)Че­ло­век-ам­фи­бия вынес де­вуш­ку на при­бреж­ный песок, от­вя­зал от доски, перенёс в тень раз­рос­ших­ся ку­стар­ни­ков и начал де­лать ис­кус­ствен­ное ды­ха­ние.

(30)Ему по­ка­за­лось, что веки её дрог­ну­ли и рес­ни­цы ше­вель­ну­лись. (31)Она жива! (32)Те­перь он дол­жен уйти, чтобы не ис­пу­гать не­зна­ком­ку. (33)Но можно ли оста­вить её одну, такую бес­по­мощ­ную? (34)Пока юноша раз­ду­мы­вал, по­слы­ша­лись чьи-то тяжёлые шаги. (35)Он вдруг вспом­нил наказ отца не по­па­дать­ся людям на глаза. (36)Ко­ле­бать­ся нель­зя, и Их­ти­андр бро­сил­ся в воду, ныр­нул, по­плыл под водой к скале и, скры­ва­ясь между об­лом­ка­ми кам­ней, стал на­блю­дать за бе­ре­гом.

(37)Вот де­вуш­ка от­кры­ва­ет глаза, при­под­ни­ма­ет го­ло­ву. (38)Муж­чи­на о чём-то го­ря­чо го­во­рит, по­мо­га­ет де­вуш­ке встать.

− (39)Так это вы спас­ли меня?

− (40)Да, — от­ве­ча­ет он.

(41)Де­вуш­ка будто не слы­ха­ла этих слов, она по­мол­ча­ла, а потом ска­за­ла:

− (42)Стран­но. (43)А мне по­чу­ди­лось, будто возле меня было какое-то стран­ное доб­рое чу­до­ви­ще.

− (44)Воз­мож­но, вам по­ка­за­лось, — от­ве­тил её спут­ник.

(45)Они вста­ли и пошли — чу­дес­ная де­вуш­ка и этот не­хо­ро­ший смуг­лый че­ло­век, уве­рив­ший де­вуш­ку, будто он спас её. (46)Но Их­ти­андр не мог изоб­ли­чить смуг­ло­го во лжи. (47)На душе стало как-то не­при­ют­но.

(48)Де­вуш­ка и её спут­ник скры­лись за дю­на­ми, а че­ло­век-ам­фи­бия всё ещё смот­рел им вслед. (49)Серд­це учащённо би­лось: юноша те­перь точно знал, что он найдёт пре­крас­ную не­зна­ком­ку во что бы то ни стало.

По А. Р. Бе­ля­е­ву

 

 

За­да­ние 6. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «стук­нет» из пред­ло­же­ния 13 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Стёпка из бес­тол­ко­во­го ма­лы­ша-хны­кал­ки по­сте­пен­но пре­вра­тил­ся во впол­не со­зна­тель­ную лич­ность. (2)Он уже бегло читал книж­ки про Бу­ра­ти­но и Вол­шеб­ни­ка Изу­мруд­но­го го­ро­да, вы­ска­зы­вал здра­вые суж­де­ния о взрос­лых и знал не­ма­ло анек­до­тов про со­вре­мен­ную жизнь. (3)К Феде те­перь Стёпка стал от­но­сить­ся как по­ла­га­ет­ся — без из­лиш­ней ли­пу­че­сти, со сдер­жан­ной пре­дан­но­стью, но порой и с ду­раш­ли­вой рез­во­стью млад­ше­го бра­тиш­ки.

(4)В общем, хо­ро­ший был пле­мян­ник Стёпка. (5)Но…

(6)Спер­ва разик, потом дру­гой по­про­си­ла Ксе­ния брата Федю от­ве­сти Стёпу в дет­ский сад, а ве­че­ром схо­дить за ним. (7)И с тех пор так и по­ве­лось, по­то­му что ра­бо­та­ла Ксе­ния в своём ате­лье в пол­то­ры смены — день­ги-то нужны… (8)Федя на­ко­нец не вы­дер­жал:

– (9)Хо­ро­шо, что пле­мян­ник у меня толь­ко один, а то хоть разо­рвись!..

(10)Мама на­ла­ди­лась дать ему по шее (ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век, ра­бот­ник гу­ман­но­го ме­ди­цин­ско­го учре­жде­ния!), но Федя в кра­си­вом витке ушёл от не­спра­вед­ли­во­го воз­мез­дия.

– (11)По­сты­дил­ся бы!

– (12)А чего? (13)Он уже боль­шой — вон скоро семь лет стук­нет! (14)Мог бы и сам из дет­ско­го сада домой то­пать, здесь всего че­ты­ре квар­та­ла, да и пе­ре­ул­ки тихие…

– (15)Тебя-то до тре­тье­го клас­са в школу про­во­жа­ли!

– (16)А я про­сил, да?!

(17)Впро­чем, вор­чал и спо­рил Федя так, из упрям­ства. (18)На самом деле ни за что бы он не поз­во­лил Стёпке хо­дить од­но­му. (19)По­то­му что нет-нет да и по­явят­ся в га­зе­те объ­яв­ле­ния: «Про­сим по­мочь в по­ис­ках маль­чи­ка…», «По­те­ря­лась де­воч­ка…». (20)А ещё чаще — по те­ле­ви­де­нию. (21)Жуть такая: ви­дишь на экра­не фо­то­гра­фию маль­чиш­ки или дев­чон­ки, живое, весёлое лицо, и по­ни­ма­ешь, что, может быть, в это время его уже нет на белом свете.

(22)Ну, бы­ва­ет, ко­неч­но, что кто-то сам убе­жал из дома или в лесу за­блу­дил­ся и потом его оты­щут жи­во­го. (23)Но ведь не сек­рет, что есть на свете гады, для ко­то­рых самая боль­шая ра­дость — за­му­чить че­ло­ве­ка. (24)Осо­бен­но ма­лень­ко­го, без­за­щит­но­го. (25)При мысли, что такое может слу­чить­ся и со Стёпкой, ужас про­ка­лы­вал Федю ле­дя­ной иглой.

(26)В общем, за Стёпку Федя очень бо­ял­ся, и порой сни­лось даже, что Стёпка исчез. (27)Причём сны были двух раз­но­вид­но­стей. (28)Ино­гда Стёпка те­рял­ся в Го­ро­де. (29)В том Го­ро­де Фе­ди­ных снов, где по­лу­зна­ко­мые улицы при­во­ди­ли вдруг на оке­ан­ские на­бе­реж­ные, а обык­но­вен­ные дома пе­ре­ме­жа­лись с фан­та­сти­че­ски­ми со­ору­же­ни­я­ми звёздных при­шель­цев. (30)Федя шёл по этому Го­ро­ду со Стёпкой, и Стёпка вдруг не­по­сти­жи­мо, в одну се­кун­ду, ис­че­зал. (31)Шаг­нул в сто­ро­ну — и нет его. (32)И Федя ме­тал­ся по тро­туа­рам, и лест­ни­цам, и эс­та­ка­дам, и ка­мен­ным сред­не­ве­ко­вым ко­ри­до­рам. (33)В то­ми­тель­ной тре­во­ге и жгу­чем не­тер­пе­нии — найти, спа­сти и боль­ше не от­пус­кать… (34)Но было в этой тре­во­ге что-то от при­клю­че­ний, от игры, и в глу­би­не души Федя знал, что в Го­ро­де его снов нет на­сто­я­щей опас­но­сти и он не при­несёт ма­лы­шу зла. (35)И по­сто­ян­но грела на­деж­да — вот за этим по­во­ро­том, за той две­рью Стёпка най­дет­ся… (36)Чаще всего Федя про­сы­пал­ся, так и не отыс­кав его. (37)Но стра­ха и го­ре­чи от та­ко­го сна, как пра­ви­ло, не оста­ва­лось. (38)Будто обя­за­тель­но будет про­дол­же­ние, где он Стёпку найдёт…

(39)Но были и дру­гие сны, до жути по­хо­жие на ре­аль­ность. (40)О том, что Стёпка ушёл из дет­ско­го сада и вот уже не­сколь­ко дней его нет, нет, нет… (41)И самую страш­ную пытку — пытку не­из­вест­но­стью — Федя ощу­щал всеми нер­ва­ми, как наяву. (42)По­то­му что Федя сам был ви­но­ват: не пришёл за Степ­кой во­вре­мя… (43)А те­ле­ви­зор, как заведённый, бес­страст­но вещал: «По­те­рял­ся маль­чик…» (44)Уси­ли­ем воли Федя сжи­мал страш­ное сно­ви­де­ние в комок и, от­крыв глаза, с об­лег­че­ни­ем мыс­лен­но про­из­но­сил: «Слава Богу! Это сон!» (45)И в такие мо­мен­ты Федя не­из­мен­но жалел, что ино­гда вот так, из упрям­ства, ведёт себя так, будто Стёпка ему в тя­гость. (46)Нет, не в тя­гость. (47)Ни­чуть. (48)Лишь бы был здо­ров. (49)Лишь бы был рядом.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 7. За­ме­ни­те раз­го­вор­но-про­сто­реч­ное слово «на­ка­та­ют» из пред­ло­же­ния 67 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Маль­чик со­всем не хотел встре­чать­ся с че­ло­ве­ком, ко­то­ро­го видел сей­час на ска­мей­ке, что сто­я­ла возле же­лез­но­до­рож­ной стан­ции. (2)Это был физ­рук ла­ге­ря Ста­ни­слав Ан­дре­евич. (3)Ко­неч­но, ока­зал­ся он здесь не­спро­ста.

(4)Физ­рук пока не видел маль­чи­ка, но всё равно нель­зя было ни спря­тать­ся, ни убе­жать. (5)Убе­га­ет и пря­чет­ся тот, кто ви­но­ват, или тот, кто бо­ит­ся. (6)А маль­чик знал, что не ви­но­ват, и, сле­до­ва­тель­но, не бо­ял­ся. (7)При­дер­жи­вая пса, маль­чик мед­лен­но пошёл к ска­мей­ке.

− (8)А-га… − рас­тя­ну­то ска­зал Ста­ни­слав Ан­дре­евич. − (9)Ну как?

(10)На­бе­гал­ся?

− (11)Я не бегал.

− (12)Ну… на­гу­лял­ся, зна­чит, − ска­зал физ­рук при­ми­ри­тель­но.

− (13)Я не гулял. (14)Я по­ехал домой, вы зна­е­те.

− (15)Смот­ри-ка ты, домой! − вос­клик­нул Ста­ни­слав Ан­дре­евич почти

ве­се­ло. − (16)Ладно, друг, кон­чай ду­ра­ка ва­лять. (17)И давай то­пать в ла­герь, а то к обеду, ве­ро­ят­но, не по­спе­ем. (18)Да не бойся, ни­че­го тебе не будет, это я тебе по сек­ре­ту могу ска­зать.

− (19)Не вер­нусь я… (20)Те­перь я уж со­всем не могу, даже если бы и хотел. (21)Ви­ди­те, у меня со­ба­ка. (22)Куда её де­вать? (23)В ла­герь ведь не пу­сти­ли бы… (24)Ну-ка, ле­жать! − (25)Он ла­до­нью нажал лох­ма­то­му, в кло­чьях псу, ко­то­ро­го по­до­брал здесь, на стан­ции, се­год­ня утром, на за­гри­вок, и тот не­охот­но, но по­кор­но лёг.

(26)Физ­рук с усмеш­кой спро­сил:

− (27)Где ты по­до­брал эту зве­рю­гу?

− (28)По­да­ри­ли, — от­ве­тил Серёжа. (29)Рас­ска­зы­вать о том, что это без­дом­ный пёс, маль­чик не хотел: его всё равно бы не по­ня­ли.

− (30)Ну и по­да­ро­чек!.. (31)За вер­сту видно, что он самый на­сто­я­щий трус.

− (32)Мне и такой хорош, − сдер­жан­но ска­зал маль­чик.

− (33)Да ладно тебе, − кисло ска­зал Ста­ни­слав Ан­дре­евич. − (34)Ты много о себе во­об­ра­жа­ешь. (35)Ну, а те­перь по­еха­ли! − тут Ста­ни­слав Ан­дре­евич по-ко­ша­чьи шаг­нул к ска­мей­ке, левой рукой под­хва­тил че­мо­дан и курт­ку, а пра­вой взял маль­чи­ка за ло­коть.

(36)В первую се­кун­ду маль­чик замер от не­ожи­дан­но­сти: ни­ко­гда в жизни ему не при­хо­ди­лось ещё ис­пы­ты­вать на себе злую силу взрос­ло­го че­ло­ве­ка — папа ни­ко­гда не под­ни­мал руку на сына. (37)В сле­ду­ю­щий миг он на­пряг­ся, чтобы рва­нуть­ся со всей оби­дой и яро­стью, но тут же по­чув­ство­вал: на­прас­но. (38)Паль­цы физ­ру­ка, силь­ные, за­го­ре­лые, с бе­лы­ми во­ло­син­ка­ми и ко­рот­ки­ми

ног­тя­ми, охва­ти­ли тон­кую руку маль­чи­ка с ка­мен­ной проч­но­стью. (39)И, ощу­тив это, Серёжа отчётливо понял, что вы­хо­да нет. (40)Сей­час он, этот че­ло­век, в самом деле уведёт, ута­щит его от­сю­да, и никто не за­сту­пит­ся. (41)Если кто-ни­будь и встре­тит­ся по до­ро­ге, то по­ве­рит, ко­неч­но, взрос­ло­му, а не маль­чиш­ке, у ко­то­ро­го якобы сто гре­хов: на­ру­шил дис­ци­пли­ну, сбе­жал из пи­о­нер­ско­го ла­ге­ря, не слу­ша­ет стар­ших…

«(42)Но это же не­прав­да! (43)Как вы сме­е­те! (44)Вы не име­е­те права!» (45)Маль­чик хотел крик­нуть эти слова, но по­ме­ша­ли за­ки­па­ю­щие слёзы. (46)Без­дна от­ча­ян­ных слёз го­то­ва была про­рвать­ся вме­сто слов. (47)Но в этот миг сзади раз­дал­ся ко­рот­кий хрип­ло­ва­то-гор­ло­вой звук.

(48)Маль­чик и физ­рук разом обер­ну­лись.

(49)Пёс уже не лежал. (50)Он стоял на ши­ро­ко рас­став­лен­ных лапах. (51)Это был со­вер­шен­но не­зна­ко­мый пёс − с вы­со­ко вздыб­лен­ным за­грив­ком и гла­за­ми хищ­ни­ка. (52)Верх­няя губа у него не­кра­си­во смор­щи­лась и от­кры­ла очень белые зубы.

(53)Маль­чик опом­нил­ся пер­вым. (54)И то­роп­ли­вым шёпотом ска­зал:

− (55)От­пу­сти­те меня не­мед­лен­но, он же бро­сит­ся. (56)Ка­мен­ные паль­цы слов­но от­та­я­ли, стали мяг­ки­ми и скольз­ну­ли с локтя. (57)Ра­дость маль­чи­ка была мгно­вен­ной. (58)Он ко­рот­ко за­сме­ял­ся.

− (59)Нок, − ска­зал он. − (60)Ни­че­го, Нок. (61)Спо­кой­но, Нок…

(62)Пёс ше­вель­нул хво­стом, но по-преж­не­му не­от­рыв­но смот­рел на Ста­ни­сла­ва Ан­дре­еви­ча, и шерсть на за­грив­ке не опус­ка­лась.

(63)Маль­чик подошёл и взял Нока за ошей­ник. (64)Ста­ни­слав Ан­дре­евич мед­лен­но от­сту­пил на три шага. (65)И про­го­во­рил:

− (66)Бе­ше­ный… (67)Вот на­ка­та­ют тебе в школу такую ха­рак­те­ри­сти­ку, что всю жизнь вспо­ми­нать бу­дешь.

(68)Он от­сту­пил ещё на не­сколь­ко шагов. (69)Потом осто­рож­но по­вер­нул­ся и за­ша­гал по тро­пин­ке к шоссе. (70)А Серёжа знал: те­перь у него по­явил­ся на­сто­я­щий друг.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 8. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «прут» из пред­ло­же­ния 12 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)После ин­ци­ден­та с под­рост­ка­ми, ко­то­рые чуть не от­ня­ли у юных ки­но­опе­ра­то­ров бес­цен­ную ка­ме­ру, Оля со­крушённо ска­за­ла:

– (2)Толпа не­го­дя­ев… (3)И ни­ку­да от них не спря­чешь­ся — везде они есть.

(4)Нилка, чем-то рас­тре­во­жен­ный, про­изнёс тихо и не­при­ми­ри­мо:

– (5)На­все­гда не спря­чешь­ся, но в нашем го­ро­де не надо, чтобы толпа была.

– (6)Куда же де­нешь­ся, раз она есть, — про­бор­мо­тал Борис.

– (7)Я же не во­об­ще про город, а про ко­то­рый со­всем наш. (8)Тот, ко­то­рый мы… де­ла­ем… — Нилка имел в виду тот ска­зоч­ный город, ко­то­рый они пы­та­лись со­здать в своём филь­ме.

(9)Но на этом Нилка не кон­чил раз­го­вор про толпу. (10)Видно, что-то его за­це­пи­ло, раз­бе­ре­ди­ло ста­рую рану. (11)Он про­го­во­рил с бо­лез­нен­ной нот­кой, будто тро­гал язы­ком боль­ной зуб:

– (12)В толпе или не за­ме­ча­ют ни­ко­го, или все прут куда-ни­будь ста­дом… (13)Папа го­во­рит, что это син­дром толпы; он мне это ска­зал после од­но­го про­ис­ше­ствия…

– (14)Ка­ко­го? — спро­сил Федя. (15)Было по­че­му-то жаль Нилку.

– (16)Стыд­но вспо­ми­нать…

– (17)Ну, Нил, не вспо­ми­най тогда, — по­кла­ди­сто ска­за­ла Оля.

– (18)Нет, я скажу. (19)По­то­му что … мне так легче ста­нет… (20)Это было, когда я жил ещё в ста­ром доме, ко­то­рый на улице Тур­ге­не­ва…

(21)И пока брели они вот такие, при­уныв­шие, Нилка рас­ска­зал про то, что слу­чи­лось два года назад.

(22)Рядом с их пя­ти­этаж­кой тя­нул­ся ста­рый квар­тал, и там, в по­ко­сив­шем­ся до­миш­ке, жил ста­рик. (23)Род­ствен­ни­ки у него или умер­ли, или разъ­е­ха­лись, так что он один хо­зяй­ни­чал как мог. (24)Жил на пен­сию, ого­род не вска­пы­вал: ви­дать, не было сил и охоты. (25)Зато од­на­ж­ды — то ли была это па­мять о дет­стве, то ли про­сто чу­да­че­ство — начал он среди за­бро­шен­ных гря­док стро­ить иг­ру­шеч­ный город. (26)Из глины, из гипса, из че­реп­ков и стек­лян­ных оскол­ков. (27)Ра­бо­тал каж­дый день: кле­пал из про­во­ло­ки узор­ные решётки, лепил и сушил на солн­це кир­пи­чи­ки, скла­ды­вал из них до­ми­ки и кре­пост­ные стены…

(28)Видно, он, ста­рик этот, был с та­лан­том и кое-что по­ни­мал в ар­хи­тек­ту­ре. (29)Город — с при­чуд­ли­вы­ми зда­ни­я­ми, с ры­цар­ским зам­ком по­се­ре­ди­не, с мо­ста­ми через овраг — вы­рас­тал на за­бро­шен­ном ого­ро­де, как ма­лень­кое чудо. (30)Спер­ва люди по­сме­и­ва­лись, потом стали сто­ять у низ­кой из­го­ро­ди по­дол­гу, смот­ре­ли уже серьёзно, лю­бу­ясь этой ру­ко­твор­ной кра­со­той,

на­шлись и по­мощ­ни­ки из ребят. (31)Вы­кла­ды­ва­ли же­стя­ны­ми бу­ты­лоч­ны­ми проб­ка­ми свер­ка­ю­щую мо­сто­вую, со­би­ра­ли цвет­ные стёклыш­ки для мо­за­ик, ре­за­ли из крас­но­го пла­сти­ка ку­соч­ки для че­ре­пи­цы…

(32)И не знал Нилка, не по­ни­мал, от­ку­да у мест­ных маль­чи­шек по­явил­ся «за­го­вор». (33)В том числе и у тех, кто днём, бы­ва­ло, по­мо­гал ста­ри­ку. (34)И со­вер­шен­но не­по­сти­жи­мо, по­че­му в этом за­го­во­ре ока­зал­ся Нилка.

– (35)При­шли они ко мне в су­мер­ках, по­зва­ли. (36)Го­во­рят, «тай­ная опе­ра­ция», чтобы ото­мстить за кого-то. (37)Го­во­рят, ста­рик этот кого-то из ребят оби­дел, на двор не пу­стил… (38)Все со­бра­лись, сек­рет­но так, будто раз­вед­чи­ки. (39)Ин­те­рес­но… (40)Фо­на­ри­ки от­ку­да-то взяли… (41)К ого­ро­ду под­кра­лись, фо­на­ри­ки вклю­чи­ли — и давай по го­ро­ду кам­ня­ми, как бом­ба­ми…

(42)Они то­ро­пят­ся, ки­да­ют, и я тоже начал, будто со мной что-то сде­ла­лось, а потом от моего камня одна башня по­сы­па­лась. (43)Зна­е­те, будто меня са­мо­го по го­ло­ве! (44)И тут у меня слов­но глаза от­кры­лись, я как заору: «(45)Вы что де­ла­е­те, гады!» (46)За­ре­вел — и домой… (47)Папа вы­ско­чил, а там уже ни­ко­го нет. (48)И по­ло­ви­ны го­ро­да нет… (49)Папа меня потом всё спра­ши­вал: «(50)Ну а ты-то зачем пошёл? (51)Зачем кидал? (52)Ты же этот город так любил…» (53)А я толь­ко реву, по­то­му что сам не знаю. (54)Вот тогда он и рас­ска­зал про син­дром толпы…

– (55)А тебя потом ре­бя­та не били? — не­ре­ши­тель­но спро­сил Федя. — (56)За то, что выдал.

– (57)Не-а… (58)Лучше бы уж били. (59)А то я мимо того ого­ро­да хо­дить не мог. (60)Мимо раз­ва­лин… (61)По­то­му что как пре­да­тель…

– (62)Ты же ма­лень­кий был, — по­пы­та­лась уте­шить его Оля.

– (63)Ну да, ма­лень­кий. (64)Семь с по­ло­ви­ной!..

– (65)А ста­рик город не вос­ста­но­вил? — спро­сил Борис.

– (66)Он чинил кое-что. (67)Но как-то уже не­охот­но. (68)А та башня, ко­то­рую я… она так и оста­лась… (69)Потом мы уеха­ли, а ста­рик, го­во­рят, скоро умер… (70)Может, из-за этого… (71)И я до сих пор от стыда сго­раю, что был в этой толпе маль­чи­шек, раз­ру­ша­ю­щих чу­дес­ный город, что вёл себя, как они…

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 9. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «щуп­лый» из пред­ло­же­ния 10 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Федя Кроев и Борис узна­ли друг друга в не­за­па­мят­ные вре­ме­на. (2)Когда им было по пять лет. (3)Кро­е­вы пе­ре­еха­ли тогда в ко­опе­ра­тив­ную квар­ти­ру, а Федю пе­ре­ве­ли в дру­гой дет­сад, по­бли­же к но­во­му дому. (4)Садик ока­зал­ся со­всем не такой, как преж­ний. (5)Тот был в де­ре­вян­ном доме, уют­ный, с за­кут­ка­ми, где можно было в слу­чае чего по­быть од­но­му. (6)А здесь — гро­мад­ные стёкла вме­сто стен, бле­стя­щие жёлтые полы и мно­же­ство вся­ких «нель­зя».

(7)Ох, как не хо­те­лось Феде идти сюда на сле­ду­ю­щий день. (8)До горь­ких слёз. (9)И быть бы этому Фе­ди­но­му дню, по­жа­луй, горше пер­во­го, если бы не новый вопль толпы:

– (10)Ре­бя­та, Борь­ка вер­нул­ся! — и за­пля­са­ли во­круг щуп­ло­го, с ко­лю­чей стриж­кой, маль­чи­ка в ру­баш­ке с яко­ря­ми. (11)Кто-то про­сто орал и ра­до­вал­ся, кто-то, осме­лев, дал Бо­ри­су щелч­ка. (12)Борь­ки­ны ко­рич­не­вые глаза бес­по­мощ­но ме­та­лись и на­ко­нец встре­ти­лись со взгля­дом Феди. (13)И что-то сдви­ну­лось тогда в Фе­ди­ной душе. (14)Он под­нял с пола за хвост на­дув­но­го уве­си­сто­го кро­ко­ди­ла и, как па­ли­цей, прошёлся по во­пя­щей толпе. (15)Про­бил­ся к Бо­ри­су, рядом с ним при­жал­ся ло­пат­ка­ми к стене. (16)И они с Борь­кой молча, без слёз, от­би­ва­лись от друж­но­го кол­лек­ти­ва сред­ней груп­пы. (17)После этого слу­чая Федя и Борис все­гда дер­жа­лись ря­дыш­ком, вме­сте. (18)Но на­сто­я­щи­ми дру­зья­ми они в ту пору не сде­ла­лись. (19)Не успе­ли: в Борь­ки­ну семью при­е­ха­ла с Укра­и­ны на­со­всем ба­буш­ка, и ро­ди­те­ли за­бра­ли Бо­ри­са из дет­са­да.

(20)Потом Федя и Борис встре­ти­лись, когда уже стали пер­во­класс­ни­ка­ми. (21)Ока­за­лись они в раз­ных клас­сах, но всё равно быст­рень­ко при­ле­пи­лись друг к другу и ста­ра­лись быть вме­сте на пе­ре­ме­нах. (22)И даже домой хо­ди­ли вдво­ем, хотя Бо­ри­су при­хо­ди­лось де­лать боль­шой крюк, чтобы про­во­дить Федю.

(23)В общем, стали они не раз­лей вода: они с Бо­ри­сом жили рядом, хотя каж­дый в своём мире. (24)Не знали тогда, что мир этот — один на двоих, Федин и Бо­ри­са. (25)Имен­но такой, как есть, — с книж­кой, жуж­жа­ни­ем мо­тор­чи­ков, на­столь­ной лам­пой и ран­ни­ми су­мер­ка­ми в окне… (26)А потом по­явил­ся слон…

(27)Слон, сто­я­щий на полке в уни­вер­ма­ге, был раз­ме­ром с котёнка. (28)Он был кро­шеч­ный, но вы­гля­дел со­вер­шен­но на­сто­я­щим. (29)Живой ка­за­лась каж­дая скла­доч­ка серой ше­ро­хо­ва­то-зам­ше­вой кожи. (30)Осмыс­лен­но бле­сте­ли чёрные глаз­ки.

(31)Федя при­ду­мал слону имя — Буби. (32)Иметь Буби у себя ка­за­лось ему не­обык­но­вен­ным сча­стьем. (33)А сто­и­ло-то сча­стье не такие уж ве­ли­кие день­ги. (34)Но ро­ди­те­ли еди­но­душ­но объ­яви­ли Фе­ди­но же­ла­ние стран­ной бла­жью.

(35)И од­на­ж­ды Федя не вы­дер­жал — без­утеш­но раз­ры­дал­ся при ро­ди­те­лях и при Бо­ри­се. (36)Ну что же это такое?! (37)Не­уже­ли со­вер­шен­но никто не может по­нять, как ему нужен этот ма­лень­кий живой слон! (38)За­бе­ри­те назад, про­дай­те же­лез­ную до­ро­гу, по­да­рен­ную когда-то, возь­ми­те всё, что у него есть, и ку­пи­те Буби! (39)Ну, не кор­ми­те целый месяц, чтобы сэко­но­мить день­ги…

(40)Ну, ремнём так ремнём, по­жа­луй­ста… (41)А потом ку­пи­те Буби?

(42)Борис во время этого крика и плача, горь­ко­го, без­утеш­но­го, по­ти­хонь­ку исчез. (43)И по­явил­ся под вечер, когда уже остыв­ший от слёз, но тос­ку­ю­щий Федя сжал­ся в пе­чаль­ном угол­ке между тах­той и кад­кой с фи­ку­сом. (44)Борис на­хму­рен­но и де­ло­ви­то ска­зал:

– (45)Вот, принёс тебе слона… — и стал раз­во­ра­чи­вать га­зет­ный свер­ток.

(46)Федя, не веря сво­е­му сча­стью, не­до­вер­чи­во по­дал­ся вперёд. (47)И… чуть опять не за­ре­вел от об­ма­на. (48)Борь­кин слон, стран­ное со­зда­ние, по­хо­дил на Буби лишь раз­ме­ром. (49)Это было су­ще­ство из пла­сти­ли­на, с но­га­ми из берёзовых круг­ляш­ков, с хо­бо­том из ре­зи­но­вой труб­ки, со стек­лян­ны­ми пу­го­ви­ца­ми вме­сто глаз… (50)Федя гля­нул на это не­ле­пое тво­ре­ние, потом на Бо­ри­са — даже без обиды, толь­ко с новой го­ре­чью. (51)Борис всё понял. (52)Ви­но­ва­то пожал пле­ча­ми:

– (53)Я думал, ну хоть такой… (54)Зато у него глаза горят… (55)Вот… — (56)Пу­го­ви­цы за­све­ти­лись огонь­ка­ми. — (57)Там лам­поч­ки и ба­та­рей­ка.

– (58)Дай, — вдруг со всхли­пом по­про­сил Федя. (59)От Борь­ки­но­го го­ло­са, от взгля­да что-то сдви­ну­лось у него в душе. (60)Это было как при пер­вом зна­ком­стве, когда Федя схва­тил кро­ко­ди­ла и они с Бо­ри­сом вдвоём от­ма­хи­ва­лись от толпы… (61)Он по­са­дил пла­сти­ли­но­во­го зверя себе на ко­ле­ни и стал гла­дить ла­до­нью. (62)И Борь­ка сел рядом. (63)И они долго мол­ча­ли в углу за тах­той, глядя, как ми­га­ют жёлтые глаза ма­лень­ко­го слона. (64)И Федя — без отчётли­вых мыс­лей, но глу­бо­ким без­оши­боч­ным по­ни­ма­ни­ем — осо­знал, что преж­нее их при­я­тель­ство с Бо­ри­сом было до этого ве­че­ра лишь вступ­ле­ни­ем к не­раз­рыв­ной друж­бе, ко­то­рая по-на­сто­я­ще­му на­ча­лась толь­ко сей­час, се­год­ня.

По В. П. Кра­пи­ви­ну

 

 

За­да­ние 10. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «кро­хот­ный» в пред­ло­же­нии 3 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Оско­лок сна­ря­да по­рвал стру­ны на скрип­ке. (2)Оста­лась толь­ко одна, по­след­няя. (3)За­пас­ных струн у му­зы­кан­та Его­ро­ва не было, до­стать их было негде, по­то­му что дело про­ис­хо­ди­ло осе­нью 1941 года на кро­хот­ном ост­ров­ке в Бал­тий­ском море, где со­вет­ские воины от­би­ва­ли не­пре­рыв­ные атаки нем­цев.

(4)Война за­ста­ла на ост­ро­ве не­сколь­ких актёров — муж­чин и жен­щин. (5)Днём муж­чи­ны вме­сте с бой­ца­ми рыли окопы и от­би­ва­ли не­мец­кие атаки, а жен­щи­ны пе­ре­вя­зы­ва­ли ра­не­ных и сти­ра­ли бой­цам белье. (6)Ночью, если не было боя, актёры устра­и­ва­ли кон­цер­ты и спек­так­ли на ма­лень­ких по­ля­нах в лесу.

– (7)Хо­ро­шо, — ска­же­те вы, — в тем­но­те, ко­неч­но, можно рас­слы­шать пение или му­зы­ку, но не­по­нят­но, как актёры ухит­ря­лись разыг­ры­вать спек­так­ли в ноч­ном лесу. (8)Что в этом мраке могли уви­деть зри­те­ли?

(9)Но война и от­сут­ствие света по ночам со­зда­ли свои тра­ди­ции и вы­дум­ки. (10)Как толь­ко на­чи­нал­ся спек­такль, зри­те­ли на­во­ди­ли на актёров узкие лучи кар­ман­ных элек­три­че­ских фо­на­ри­ков, и лучи эти всё время пе­ре­ле­та­ли, как ма­лень­кие ог­нен­ные птицы, с од­но­го лица на дру­гое в за­ви­си­мо­сти от того, кто из актёров в это время го­во­рил.

(11)На Его­ро­ва зри­те­ли ни­ко­гда не на­во­ди­ли лучи фо­на­ри­ков. (12)Все­гда он играл в тем­но­те, и един­ствен­ной точ­кой света, какую он часто видел перед собой, была боль­шая звез­да, что ле­жа­ла на краю моря, как за­бы­тый маяк.

(13)…Стру­ны на скрип­ке были по­рва­ны, и Его­ров боль­ше не мог иг­рать. (14)На пер­вом же ноч­ном кон­цер­те он ска­зал об этом не­ви­ди­мым зри­те­лям. (15)Не­ожи­дан­но из лес­ной тем­но­ты чей-то мо­ло­дой голос от­ве­тил:

— (16)А Па­га­ни­ни играл и на одной стру­не…

(17)Па­га­ни­ни! (18)Разве Его­ров мог рав­нять­ся с ним, с ве­ли­ким му­зы­кан­том!

(19)Всё же он мед­лен­но под­нял скрип­ку к плечу. (20)Звез­да спо­кой­но го­ре­ла на краю за­ли­ва. (21)Свет её не мер­цал, не пе­ре­ли­вал­ся, как все­гда. (22)Его­ров за­иг­рал, и не­ожи­дан­но одна стру­на за­пе­ла с такой же силой и неж­но­стью, как могли бы петь все стру­ны.

(23)Тот­час вспых­ну­ли элек­три­че­ские фо­на­ри­ки. (24)Впер­вые их лучи уда­ри­ли в лицо Его­ро­ва, и он за­крыл глаза. (25)Иг­рать было легко, будто сухие, лёгкие паль­цы Па­га­ни­ни во­ди­ли по изуро­до­ван­ной скрип­ке.

(26)В ко­рот­ком ан­трак­те войны, в глу­хом лесу, где пахло гарью, зве­не­ла и росла ме­ло­дия Чай­ков­ско­го, и от её то­ми­тель­но­го на­пе­ва, ка­за­лось, разо­рвётся, не вы­дер­жит серд­це.

(27)И по­след­няя стру­на, дей­стви­тель­но, не вы­дер­жа­ла силы зву­ков и по­рва­лась. (28)Сразу же свет фо­на­ри­ков пе­ре­ле­тел с лица Его­ро­ва на скрип­ку. (29)Скрип­ка за­мол­ча­ла на­дол­го. (30)И свет фо­на­ри­ков погас. (31)Толпа слу­ша­те­лей толь­ко вздох­ну­ла.

(32)Его­ро­ву не на чем было иг­рать, он стал обык­но­вен­ным бой­цом в обык­но­вен­ном от­ря­де. (33)И во время од­но­го ноч­но­го боя отдал свою жизнь за Ро­ди­ну.

(34)Скрип­ку Его­ро­ва бойцы по­ло­жи­ли в фу­тляр, за­ши­ли в ста­рое бай­ко­вое оде­я­ло и пе­ре­да­ли лётчику, уле­тав­ше­му в Ле­нин­град.

(35)В Ле­нин­гра­де лётчик отнёс скрип­ку из­вест­но­му дирижёру. (36)Тот взял её двумя паль­ца­ми, взве­сил в воз­ду­хе и улыб­нул­ся: это была ита­льян­ская скрип­ка, по­те­ряв­шая вес от ста­ро­сти и мно­го­лет­не­го пения.

– (37)Я пе­ре­дам её луч­ше­му скри­па­чу на­ше­го ор­кест­ра, — ска­зал лётчику дирижёр.

(38)Где те­перь эта скрип­ка — я не знаю. (39)Но где бы она ни была, она иг­ра­ет пре­крас­ные ме­ло­дии, зна­ко­мые нам и лю­би­мые нами. (40)Она иг­ра­ет, за­став­ляя серд­ца слу­ша­те­лей дро­жать, по­то­му что в каж­дом серд­це есть стру­на, ко­то­рая обя­за­тель­но отзовётся даже на сла­бый при­зыв пре­крас­но­го.

По К. Па­у­стов­ско­му

 

 

За­да­ние 11. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное сло­во­со­че­та­ние «набит бит­ком» в пред­ло­же­нии 5 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Мно­го­чис­лен­ная пуб­ли­ка со­бра­лась слу­шать ори­ги­наль­но­го му­зы­кан­та. (2)Он был слеп, но молва пе­ре­да­ва­ла чу­де­са о его му­зы­каль­ном та­лан­те и о его лич­ной судь­бе. (3)Го­во­ри­ли, будто в дет­стве он был по­хи­щен из за­жи­точ­ной семьи бан­дой слеп­цов, с ко­то­ры­ми бро­дил, пока из­вест­ный про­фес­сор не об­ра­тил вни­ма­ния на его за­ме­ча­тель­ный му­зы­каль­ный та­лант. (4)Дру­гие пе­ре­да­ва­ли, что он сам ушёл из семьи к нищим из каких-то ро­ман­ти­че­ских по­буж­де­ний. (5)Как бы то ни было, зал был набит бит­ком. (6)Сво­бод­ных мест не было.

(7)В зале на­ста­ла глу­бо­кая ти­ши­на, когда на эст­ра­де по­явил­ся мо­ло­дой че­ло­век с кра­си­вы­ми боль­ши­ми гла­за­ми и блед­ным лицом. (8)Никто не при­знал бы его сле­пым, если б эти глаза не были так не­по­движ­ны и если б его не вела мо­ло­дая дама, как го­во­ри­ли, жена му­зы­кан­та.

– (9)Не муд­ре­но, что он про­из­во­дит такое по­тря­са­ю­щее впе­чат­ле­ние, — го­во­рил в толпе какой-то че­ло­век сво­е­му со­се­ду. — (10)У него, по-моему, за­ме­ча­тель­но дра­ма­ти­че­ская на­руж­ность.

(11)Дей­стви­тель­но, и это блед­ное лицо с вы­ра­же­ни­ем вдум­чи­во­го вни­ма­ния, и не­по­движ­ные глаза, и вся его фи­гу­ра рас­по­ла­га­ли к чему-то осо­бен­но­му, не­при­выч­но­му.

(12)Живое чув­ство род­ной при­ро­ды, чут­кая ори­ги­наль­ная связь с не­по­сред­ствен­ны­ми ис­точ­ни­ка­ми на­род­ной ме­ло­дии ска­зы­ва­лись в им­про­ви­за­ции, ко­то­рая ли­лась из-под рук сле­по­го му­зы­кан­та. (13)Бо­га­тая крас­ка­ми, гиб­кая и пе­ву­чая, она бе­жа­ла звон­кой струёй, то под­ни­ма­ясь тор­же­ствен­ным гим­ном, то раз­ли­ва­ясь за­ду­шев­ным груст­ным на­пе­вом. (14)Ка­за­лось по вре­ме­нам: то буря гулко гре­мит в не­бе­сах, рас­ка­ты­ва­ясь в бес­ко­неч­ном про­сто­ре, то лишь степ­ной ветер зве­нит в траве, на кур­га­не, на­ве­вая смут­ные грёзы о ми­нув­шем.

(15)Когда он смолк, гром ру­ко­плес­ка­ний охва­чен­ной вос­тор­гом толпы на­пол­нил гро­мад­ный зал. (16)Сле­пой сидел с опу­щен­ною го­ло­вой, при­слу­ши­ва­ясь к этому гро­хо­ту. (17)Но вот он опять под­нял руки и уда­рил по кла­ви­шам — мно­го­люд­ный зал мгно­вен­но при­тих.

(18)В эту ми­ну­ту вошёл ста­рик, вни­ма­тель­но огля­дел толпу, охва­чен­ную одним чув­ством, на­пра­вив­шую на сле­по­го го­ря­щие взгля­ды. (19)Он слу­шал и ждал: боль­ше, чем кто-ни­будь дру­гой в этой толпе, по­ни­мал он живую драму этих зву­ков.

(20)Ему ка­за­лось, что эта мо­гу­чая, сво­бод­но лью­ща­я­ся из души му­зы­кан­та им­про­ви­за­ция вдруг оборвётся тре­вож­ным, бо­лез­нен­ным во­про­сом, ко­то­рый от­кро­ет новую рану в душе сле­по­го. (21)Но звуки росли, креп­ли, ста­но­ви­лись всё более и более власт­ны­ми, за­хва­ты­ва­ли серд­це за­ми­рав­шей толпы.

(22)И вдруг серд­це ста­ри­ка упало. (23)Из-под рук му­зы­кан­та опять, как и пре­жде, вы­рвал­ся стон. (24)Вы­рвал­ся, про­зве­нел и замер. (25)Но это уже были не одни стоны лич­но­го горя, не одно сле­пое стра­да­ние. (26)На гла­зах ста­ри­ка по­яви­лись слёзы. (27)Слёзы были и на гла­зах его со­се­дей.

– (28)Он про­зрел, да, это прав­да, — он про­зрел, — думал ста­рик. — (29)Вме­сто эго­и­сти­че­ско­го стра­да­ния он носит в душе ощу­ще­ние жизни.

(30)Среди яркой и оживлённой ме­ло­дии, счаст­ли­вой и сво­бод­ной, как степ­ной ветер, и, как он, без­за­бот­ной, среди пёстро­го и ши­ро­ко­го гула жизни, среди то груст­но­го, то ве­ли­ча­во­го на­пе­ва на­род­ной песни всё чаще, всё на­стой­чи­вее и силь­нее про­ры­ва­лась какая-то за душу хва­та­ю­щая нота.

(31)Ка­за­лось, будто удар раз­ра­зил­ся над тол­пою, и каж­дое серд­це дро­жа­ло, как будто он ка­сал­ся его сво­и­ми быст­ро бе­га­ю­щи­ми ру­ка­ми. (32)Он давно уже смолк, но толпа хра­ни­ла гро­бо­вое мол­ча­ние.

(33)Ста­рик всё ниже опус­кал го­ло­ву. (34)Он сде­лал своё дело, он не­да­ром про­жил на свете, ему го­во­ри­ли об этом пол­ные силы власт­ные звуки, сто­яв­шие в зале, ца­рив­шие над тол­пой…

Им­про­ви­за­ция — со­зда­ние ху­до­же­ствен­но­го про­из­ве­де­ния не­по­сред­ствен­но в про­цес­се его ис­пол­не­ния.

По В. Ко­ро­лен­ко

 

 

За­да­ние 12. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «паренёк» в пред­ло­же­нии 6 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)В ту ночь меня раз­бу­ди­ли, когда стрел­ки на све­тя­щем­ся ци­фер­бла­те по­ка­зы­ва­ли без пяти час.

– (2)То­ва­рищ стар­ший лей­те­нант, раз­ре­ши­те об­ра­тить­ся... (3)Тут за­дер­жа­ли од­но­го... (4)Тре­бу­ет до­ста­вить в штаб. (5)На во­про­сы не от­ве­ча­ет: го­во­рить, мол, буду толь­ко с ко­ман­ди­ром.

(6)Я, при­встав, у самых две­рей уви­дел ху­день­ко­го па­рень­ка лет один­на­дца­ти, всего по­си­нев­ше­го от хо­ло­да и дро­жав­ше­го. (7) Про­мок­шие ру­баш­ка и штаны при­лип­ли к телу. (8) Ма­лень­кие босые ноги по щи­ко­лот­ку были в грязи. (9) При виде его меня про­бра­ла дрожь.

– (10)Иди стань к печке! — велел я ему. — (11)Кто ты такой?

(12)Он подошёл, на­сто­ро­жен­но рас­смат­ри­вая меня со­сре­до­то­чен­ным взгля­дом боль­ших, ши­ро­ко рас­став­лен­ных глаз. (13)В его взгля­де, в вы­ра­же­нии из­му­чен­но­го, с плот­но сжа­ты­ми, по­си­нев­ши­ми гу­ба­ми лица чув­ство­ва­лось какое-то внут­рен­нее на­пря­же­ние и, ка­за­лось, не­до­ве­рие и не­при­язнь.

– (14)Я Бон­да­рев, — про­изнёс он тихо с такой ин­то­на­ци­ей, будто эта фа­ми­лия могла мне что-ни­будь ска­зать или же во­об­ще всё объ­яс­ня­ла. — (15)Сей­час же со­об­щи­те в штаб пять­де­сят пер­во­му, что я на­хо­жусь здесь.

(16)Когда маль­чик стал пе­ре­оде­вать­ся и стя­нул ру­баш­ку, об­на­жив ху­день­кое, с про­сту­па­ю­щи­ми рёбрами тель­це, тёмное от грязи, над пра­вой ло­пат­кой я уви­дел след от пу­ле­во­го ра­не­ния.

(17)До­ло­жив о маль­чи­ке, я стал вы­пы­ты­вать у него, кого он знает в штабе армии. (18)Он по­мол­чал и вы­мол­вил угрю­мо:

– (19)Под­пол­ков­ни­ка Гряз­но­ва.

(20)Под­пол­ков­ни­ка Гряз­но­ва, на­чаль­ни­ка раз­вед­от­де­ла армии, я знал лично.

(21)Ми­ну­ты через две резко за­зво­нил те­ле­фон.

– (22)Галь­цев?.. (23)Здо­ро­во, Галь­цев! — (24)Я узнал голос под­пол­ков­ни­ка Гряз­но­ва. — (25)Бон­да­рев у тебя?

– (26)Здесь, то­ва­рищ под­пол­ков­ник!

– (27)Мо­ло­дец! — (28)Я не понял сразу, к кому от­но­си­лась эта по­хва­ла: ко мне или к маль­чиш­ке. — (29)Слу­шай вни­ма­тель­но! (30)Вы­го­ни всех из зем­лян­ки, чтобы его не ви­де­ли и не при­ста­ва­ли с рас­спро­са­ми! (31)От меня пе­ре­дай ему при­вет. (32)За ним Холин уже со­би­ра­ет­ся вы­ез­жать, думаю, часа через три будет у тебя. (33)А пока со­здай все усло­вия! (34)И об­ра­щай­ся с ним по­де­ли­кат­ней. (35)Пре­жде всего дай ему бу­ма­ги и чер­ни­ла или ка­ран­даш. (36)Что он на­пи­шет — в пакет и сей­час же с надёжным че­ло­ве­ком от­правь в штаб полка. (37)На­кор­ми его, и пусть спит. (38)Это наш па­рень. (39)Вник?

– (40)Так точно! — от­ве­тил я, хотя мне мно­гое было не­яс­но.

(41)Вско­ре при­е­хал Холин и, войдя в зем­лян­ку, рас­по­ря­дил­ся:

– (42)Пойди при­ка­жи ча­со­во­му ни­ко­го сюда не впус­кать и под­го­ни по­бли­же ма­ши­ну.

(43)Когда минут через де­сять, не сразу отыс­кав ма­ши­ну и по­ка­зав шофёру, как подъ­е­хать к зем­лян­ке, я вер­нул­ся, маль­чиш­ка со­всем пре­об­ра­зил­ся.

(44)На нём была ма­лень­кая, сши­тая, как видно, спе­ци­аль­но на него, шер­стя­ная гим­настёрка с ор­де­ном Оте­че­ствен­ной войны, но­вень­кой ме­да­лью «За от­ва­гу» и бе­ло­снеж­ным под­во­рот­нич­ком, тёмно-синие ша­ро­ва­ры и ак­ку­рат­ные са­пож­ки. (45)Мы по­ужи­на­ли, и, когда маль­чик за­дре­мал, Холин рас­ска­зал мне об Иване.

– (46)По­ни­ма­ешь, мы не раз уго­ва­ри­ва­ли его по­ехать в су­во­ров­ское учи­ли­ще. (47)Ко­ман­ду­ю­щий сам убеж­дал его: и по-хо­ро­ше­му, и гро­зил­ся. (48)А он ни в какую. (49)Не­на­висть в нём не пе­ре­ки­пе­ла. (50)И нет ему покоя... (51)Ви­дишь ли, то, что он де­ла­ет, и взрос­лым редко удаётся. (52)Без­дом­ный по­би­руш­ка — быть может, луч­шая маска для раз­вед­ки в тылу врага...

По В. Бо­го­мо­ло­ву

 

 

За­да­ние 13. За­ме­ни­те про­сто­реч­ное слово «маль­цы» в пред­ло­же­нии 53 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Во двор вошли трое ребят. (2)Они вы­гля­де­ли обык­но­вен­но, толь­ко Сань­ка сразу понял, что они дет­до­мов­ские.

– (3)Вам чего? — грубо спро­сил Сань­ка с тем вы­ра­же­ни­ем, с каким в де­рев­не все раз­го­ва­ри­ва­ют с по­би­руш­ка­ми.

– (4)Хлеба не про­да­ди­те? — спро­сил один из троих.

– (5)Нету! — ска­за­ла мать. — (6)Тут самим есть не­че­го! — (7)И то­роп­ли­во по­бе­жа­ла в избу, не огля­ды­ва­ясь.

– (8)Ну, чего ждёте? — ещё гру­бей крик­нул Сань­ка.

– (9)Хлеба!

– (10)Ска­за­но вам!

– (11)Так везде го­во­рят, а после всё-таки про­да­ют.

– (12)А день­ги есть?

– (13)Вот... — (14)Один из них, при­зе­ми­стый, про­тя­нул день­ги Сань­ке.

– (15)Легко отдаёшь, — ска­зал Сань­ка. — (16)А если я от­бе­ру эти день­ги, а вас вы­го­ню?!

– (17)Отдай, — бурк­нул при­зе­ми­стый.

– (18)Возь­ми-кась, — про­го­во­рил Сань­ка, ощу­щая, как растёт в нём ехид­ная злость, и со­зна­ние пре­вос­ход­ства, и не­по­нят­ное пре­зре­ние к этим троим. — (19)Ну? (20)По­про­буй!

– (21)Отдай! — по­про­сил веж­ли­во вы­со­кий.

– (22)Фа­шист ты, понял?! — вдруг хрип­ло вы­го­во­рил при­зе­ми­стый.

– (23)Об­зы­вать­ся? (24)Да? (25)Хлеб­ца про­сить? (26)И об­зы­вать­ся?! (27)А вота!.. — крик­нул Сань­ка и, не глядя, рва­нул поперёк все день­ги, все бу­маж­ки, что были в ку­ла­ке. (28) Он видел, как рас­те­ря­лись дет­до­мов­ские, и сам рас­те­рял­ся.

– (29)Вота! — ска­зал он, по­ка­зы­вая по­ло­вин­ки бу­ма­жек. (30)И вдруг, как будто поняв, что дело сде­ла­но, и уже не по­пра­вишь, и что надо сто­ять на своём, Сань­ка стал рвать день­ги даль­ше, в мел­кие кло­чья, при­го­ва­ри­вая:

– (31)Вота! (32)У меня батю... на фрон­те... а вы об­зы­вать­ся…

(33)Дет­до­мов­ские, все втроём, дви­ну­лись на него — Сань­ка при­го­то­вил­ся к драке. (34)Как будто все Сань­ки­ны чув­ства: и пре­вос­ход­ство, и злость, и пре­зре­ние, и от­ча­ян­ность, что уже были в нём, — всё это вдруг пе­ре­да­лось дет­до­мов­ским, а Сань­ка остал­ся ни с чем.

(35)Длин­ный па­рень шаг­нул вперёд и ска­зал:

– (36)Хо­чешь драть­ся? (37)Бей, я один здо­ро­вый. (38)Они ра­не­ные. (39)А его отец, — вы­со­кий кив­нул на оч­ка­сти­ка, — рядом с твоим, может, лежит. (40)Тоже уби­тый. (41)И в семье у него оста­лось двое, а было во­семь че­ло­век. (42)Вот и бей, чего ж не бьёшь?

– (43)Не надо, па­ца­ны, — по­мор­щив­шись, ска­зал оч­ка­стик. — (44)Ну его! (45)Нашли кому объ­яс­нять.

(46)Сань­ка по­чув­ство­вал, что дет­до­мов­ские не при­ни­ма­ли его на рав­ных, будто им было из­вест­но что-то такое, чего Сань­ка не знает и не будет знать ни­ко­гда.

– (47)По­си­ди­те чуток, я сей­час... — тихо ска­зал он. (48)Сань­ка хотел им ска­зать, что он возьмёт в доме еды и хлеба до­ста­нет где-ни­будь на все те день­ги, что он разо­рвал. (49)Но дет­до­мов­ские всё и так по­ня­ли.

– (50)Да не надо, ведь мы не себе хо­те­ли, — ска­зал длин­ный, — док­тор­ше нашей. (51)Боль­ным и ра­не­ным хлеб раздаёт, а сама го­лод­ная.

(52)Сань­ка ки­нул­ся было в избу, но столк­нул­ся на по­ро­ге с ма­те­рью, ко­то­рая дер­жа­ла в руках чу­гу­нок.

– (53)По­стой­те, маль­цы... (54)Вот кар­то­шек варёных возь­ми­те.

– (55)Мамк, ты денег не бери! — за­то­ро­пил­ся Сань­ка. — (56)Слышь, не надо! (57) Они не себе хлеба хо­те­ли ку­пить, док­тор­ше!.. (58)Она, го­во­рят, от­ка­зы­ва­ет­ся, а сама го­лод­ная ходит!

(59)Мать по­ста­ви­ла чу­гу­нок на пе­риль­це, рас­пря­ми­лась.

– (60)Да по­ня­ла я, по­ня­ла, — кив­ну­ла она го­ло­вой. — (61)Вот же какие люди бы­ва­ют на свете... (62)То ли дур­ные, то ли свя­тые... (63)Ах, гос­по­ди... (64)Бе­ри­те, маль­цы, ешьте.

По Э. Шиму

 

 

За­да­ние 14. За­ме­ни­те про­сто­реч­ное слово «под­чистýю» в пред­ло­же­нии 9 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Хму­рый лей­те­нант — так про­зва­ли в нашем полку лётчика Яро­во­го, и про­зви­ще это лучше всего со­от­вет­ство­ва­ло его ха­рак­те­ру. (2)Редко кто видел улыб­ку на его резко очер­чен­ных губах. (3)Он был очень стран­ным, этот вы­со­кий, не­склад­ный в дви­же­ни­ях лей­те­нант. (4)В свои не­пол­ные два­дцать семь лет он ка­зал­ся мно­гое по­ви­дав­шим че­ло­ве­ком, все­гда глад­ко вы­бри­тое лицо было про­ре­за­но глу­бо­ки­ми мор­щи­на­ми, а глаза, спо­кой­ные, хо­лод­ные, свет­ло-го­лу­бые, смот­ре­ли так, как смот­рят на мир глаза че­ло­ве­ка, про­жив­ше­го дол­гую жизнь.

(5)Как-то по-осо­бен­но­му бле­сте­ли его глаза. (6)Но не вол­не­ние и не испуг, а злость по­яв­ля­лась в них, когда лей­те­нант бук­валь­но вы­пра­ши­вал у ко­ман­ди­ра каж­дый лиш­ний вылет, а когда воз­вра­щал­ся на аэро­дром, снова ста­но­вил­ся мрач­ным и не­раз­го­вор­чи­вым.

– (7)За­да­ние вы­пол­нил, — до­кла­ды­вал он ко­рот­ко.

(8)Ору­жей­ни­ки на­чи­на­ли про­из­во­дить по­сле­полётный осмотр и не на­хо­ди­ли ни од­но­го сна­ря­да. (9)Яро­вой ста­рал­ся рас­стре­лять в полёте весь бое­ком­плект под­чист ý ю.

– (10)Так нель­зя, — cказал ему од­на­ж­ды майор Че­ре­мыш. — (11)А если на об­рат­ном пути вас пе­ре­хва­тят «мес­се­ры», как бу­де­те от­би­вать­ся? (12)Я вам за­пре­щаю рас­хо­до­вать весь бое­ком­плект.

– (13)Есть, то­ва­рищ ко­ман­дир, — сухо от­ве­тил лётчик.

(14)Но ле­тать про­дол­жал с тем же хо­лод­ным азар­том.

(15)Самолёт, на ко­то­ром летал Яро­вой, почти еже­днев­но воз­вра­щал­ся с про­бо­и­на­ми. (16)Даже ко­ман­дир полка, опыт­ный лётчик, не­до­уме­вал, по­че­му Яро­вой такой от­ча­ян­ный.

(17)Од­на­ж­ды ве­че­ром, когда хлы­нул не­ожи­дан­ный для осени тёплый про­лив­ной дождь с гро­мом и яр­ки­ми мол­ни­я­ми и лётчики ре­ши­ли устро­ить «вечер от­ды­ха», около один­на­дца­ти в зем­лян­ке по­явил­ся Яро­вой. (18)Оче­вид­но, после ужина он бро­дил где-то по лес­ным опуш­кам, по­то­му что к го­ле­ни­щам его сапог при­лип­ли осен­ние ли­стья. (19)Он молча сбро­сил мок­рую ши­нель, прошёл в самый даль­ний угол и сел на свою по­стель. (20)Когда мо­ло­дой лётчик Лёвуш­кин по­смот­рел в угол, он уви­дел, что Яро­вой, под­пе­рев ла­до­ня­ми го­ло­ву, со­сре­до­то­чен­но рас­смат­ри­ва­ет боль­шую фо­то­гра­фию. (21)Лёвуш­кин, а за ним сле­дом и ещё двое по­до­шли к нарам. (22)Яро­вой ни­ко­гда не по­ка­зы­вал ни­ко­му из нас ни своих фо­то­гра­фий, ни своих писем, и то, что сей­час он долго и при­сталь­но рас­смат­ри­ва­ет какой-то сни­мок, за­ин­те­ре­со­ва­ло всех.

– (23)Это кто? (24)Жена? — осто­рож­но спро­сил Лёвуш­кин, не рискуя гля­нуть через плечо Яро­во­го на фо­то­сни­мок.

– (25)Нет, сын, — тихо от­ве­тил Яро­вой.

(26)Все мы ожи­да­ли, что лей­те­нант молча уберёт сни­мок. (27)Воз­мож­но, так бы и слу­чи­лось, если бы не на­стой­чи­вый Лёвуш­кин. (28)Взъеро­шив и без того лох­ма­тую го­ло­ву, он не­ре­ши­тель­но по­про­сил:

– (29)А можно по­смот­реть?

(30)Яро­вой, ни слова не го­во­ря, про­тя­нул фо­то­гра­фию.

(31)С от­крыт­ки гля­де­ло улы­ба­ю­ще­е­ся лицо двух­лет­не­го маль­чу­га­на. (32)Маль­чик при­жи­мал к себе плю­ше­во­го мед­ве­дя. (33)В боль­ших гла­зах ребёнка за­сты­ло удив­ле­ние перед гро­мад­ным, ещё не по­нят­ным ему миром.

– (34)Он что, у вас, в Ле­нин­гра­де? — спро­сил Лёвуш­кин, от­ку­да-то знав­ший, что Ле­нин­град — ро­ди­на Яро­во­го.

– (35)Был в Ле­нин­гра­де, — от­ве­тил лей­те­нант. — (36)А те­перь его нет, — от­ве­тил он тихо бес­страст­ным го­ло­сом, в ко­то­ром не было ни­че­го, кроме силь­ной уста­ло­сти. — (37)Вы пом­ни­те со­об­ще­ние о пер­вом круп­ном налёте «юн­кер­сов» на Ле­нин­град? (38)Фа­шист­ская фу­гас­ка по­па­ла тогда в дом. (39)Сын и жена… — (40)Голос его обо­рвал­ся…

(41)Яро­вой под­нял го­ло­ву, и лётчики уви­де­ли его глаза… (42)И каж­дый по­ду­мал в ту ми­ну­ту, что, оче­вид­но, та­ки­ми они бы­ва­ют, когда Яро­вой идёт на цель на своём самолёте и жмёт на га­шет­ки, об­ру­ши­вая на врага сна­ря­ды и бомбы…

По Г. Се­ме­ни­хи­ну

 

 

За­да­ние 15. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «ки­ну­лись» в пред­ло­же­нии 12 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Пять лет тому назад я по­след­ний раз видел род­ной дом. (2)Даже число за­пом­ни­лось — 28 июля. (3)Ещё не­дав­но наша улица была де­ре­вян­ной, а те­перь от неё оста­лось два до­ми­ка, окружённых де­вя­ти­этаж­ны­ми ко­роб­ка­ми.

(4)Я прошёлся по ком­на­там, вышел во двор. (5)От крыль­ца до сарая тя­нет­ся до­рож­ка, по ко­то­рой я сде­лал пер­вые в жизни шаги. (6)Когда-то эта узкая по­лос­ка между са­ра­ем и ого­ро­дом слу­жи­ла нам фут­боль­ным полем, тут мы про­во­ди­ли и нашу дво­ро­вую олим­пи­а­ду. (7)Те­перь она за­рос­ла вы­со­ки­ми ро­маш­ка­ми, оду­ван­чи­ка­ми.

(8)По одну сто­ро­ну до­рож­ки — кусты ка­ли­ны, ко­то­рые были для нас тёмными за­рос­ля­ми — оби­те­лью диких иро­ке­зов. (9)А на дру­гом конце, у са­ра­ев, сто­я­ли ши­фер­ные виг­ва­мы мо­ги­кан. (10)Когда-то тут была боль­шая ря­би­на, но она под­гни­ла и упала. (11)Мы обе­да­ли на кухне, как вдруг что-то тяжёлое уда­ри­лось о землю и стало свет­ло. (12)Мы ки­ну­лись к окну, а ря­би­ны нет.

(13)Там, где раз­рос­лись кусты ка­ли­ны, — тёмный уго­лок. (14)Тень бро­са­ет ясень, све­сив­ший свою мо­гу­чую рас­ки­ди­стую крону на забор и сарай. (15)Сарай мы по­че­му-то на­зы­ва­ли ам­ба­ром, хотя тут хра­ни­лись ло­па­ты, граб­ли, пилы, трёхлит­ро­вые банки, за­иг­ран­ные пла­стин­ки и тут же ле­жа­ли под­шив­ки ста­рых жур­на­лов и газет. (16)В этом тёмном угол­ке — са­мо­дель­ные ка­че­ли.

(17)К ам­ба­ру при­стро­ен ку­рят­ник. (18)Кур, прав­да, тут давно нет. (19)При игре в прят­ки это было самым укром­ным ме­стом, а ве­че­ром туда во­об­ще за­хо­дить бо­я­лись.

(20)На­ле­во от до­рож­ки — ого­род. (21)Вер­нее, это был сад-ого­род. (22)Тут росли семь яб­лонь, чёрная смо­ро­ди­на, кры­жов­ник, клуб­ни­ка, огур­цы, по­ми­до­ры, кар­тош­ка, лилии, гла­дио­лу­сы, флок­сы, тюль­па­ны и, может быть, что-ни­будь и ещё. (23)В углу сада была бе­сед­ка.

(24)Как счаст­ли­во жили мы в этом доме! (25)Я очень мно­гое помню из той поры, самые мел­кие де­та­ли. (26)Но с те­че­ни­ем вре­ме­ни всё силь­нее вкра­ды­ва­ет­ся мысль: было ли это в яви или когда-то при­сни­лось? (27)Ко­неч­но, дом — это вос­по­ми­на­ние. (28)Это — дет­ство.

(29)Те­перь дом сло­ма­ли — дет­ство кон­чи­лось…

(30)Уез­жая из род­но­го го­ро­да, где уже не было на­ше­го ста­ро­го дома, мы с бра­том дали обе­ща­ние: когда вы­рас­тем, по­стро­им вме­сте дом, точно такой же, как тот, в ко­то­ром про­шло наше дет­ство. (31)И чтоб сад был, и двор, и сараи такие же.

По Л. Бахрев­ско­му

 

 

За­да­ние 16. За­ме­ни­те слово вы­со­ко­го стиля «вовек» в пред­ло­же­нии 12 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Я даже во­об­ра­зить не мог, какое про­из­ве­ду впе­чат­ле­ние на ба­буш­ку и маму со­об­ще­ни­ем о том, что наша биб­лио­те­кар­ша ни­ка­кая не биб­лио­те­кар­ша. (2)Она за­слу­жен­ная ар­тист­ка рес­пуб­ли­ки, ле­нин­град­ская ба­ле­ри­на, по­пав­шая к нам в эва­ку­а­цию. (3)Всю жизнь тан­це­ва­ла в Ма­ри­ин­ке.

(4)Осо­бен­но ли­ко­ва­ла мама. (5)Ба­буш­ка про­сто ахала, а мама от вос­тор­га места себе не на­хо­ди­ла. (6)Я её такой за всю войну не видел. (7)Рас­ха­жи­ва­ла по ком­на­те, раз­во­ди­ла ру­ка­ми, на­пе­ва­ла какие-то ме­ло­дии и рас­ска­зы­ва­ла, как давно, в мо­ло­до­сти, на ка­ни­ку­лы их по­вез­ли в Ле­нин­град и там по­ве­ли в театр, на балет. (8)Это была сказ­ка «Щел­кун­чик». (9)Какие изу­ми­тель­ные были ко­стю­мы, а му­зы­ку ис­пол­нял огром­ный ор­кестр, на­вер­ное, че­ло­век сто му­зы­кан­тов. (10)А сам театр! (11)Мра­мор­ные ко­лон­ны, пол, по ко­то­ро­му страш­но хо­дить, по­то­му что он похож на стек­лян­ный… (12)Этого не за­бу­дешь вовек. (13)И всё-таки глав­ное — ар­ти­сты: ба­ле­ри­ны в юбоч­ках из про­зрач­ной ткани, тан­цо­ры, вы­ска­ки­вав­шие, когда надо было под­нять ба­ле­ри­ну.

– (14)Как, — удив­лял­ся я, — прямо в воз­ду­хе?

– (15)Ко­неч­но! — ра­дост­но сме­я­лась мама.

(16)И ещё вы­яс­ни­лось, что ба­ле­ри­ны тан­цу­ют на паль­чи­ках, редко стоят на всей ступ­не, да и то очень изящ­но. (17)И мама по­ка­за­ла, как стоят ба­ле­ри­ны: под­тя­ну­лась, даже, ка­жет­ся, выше стала, и одну ступ­ню вплот­ную при­ста­ви­ла к дру­гой, ровно по­сре­ди­не. (18)Тут мама одну руку вски­ну­ла, что-то ти­хонь­ко за­мур­лы­ка­ла, какую-то ме­ло­дию, и давай ру­ка­ми раз­ма­хи­вать.

– (19)Ладно, ладно! — рас­сме­ял­ся я. — (20)Рас­ска­жи лучше, как же они на паль­цах тан­цу­ют.

– (21)У них спе­ци­аль­ные та­поч­ки, — успо­ко­и­лась мама, — белые или ро­зо­вые, пред­став­ля­ешь?

(22)Она по­до­шла к столу, раз­ли­ла по та­рел­кам за­ва­ри­ху, села, взя­лась за ложку, за­черп­ну­ла ею еду. (23)Мама под­нес­ла было ложку ко рту, но вдруг по­ло­жи­ла её об­рат­но и за­пла­ка­ла.

– (24)Что те­перь с те­ат­ром-то? (25)Вдруг раз­бом­би­ли? (26)Что же они тво­рят?

– (27)Фу, как ты меня на­пу­га­ла, — ска­за­ла ба­буш­ка.

(28)Мама ни­че­го не от­ве­ти­ла. (29)Ела за­ва­ри­ху, вовсе не за­ме­чая еды. (30)На­вер­ное, ушла об­рат­но в свой чу­дес­ный театр. (31)Пусть, если ей так там нра­вит­ся. (32)Она уста­ла, моя мама, она раз­ве­се­ли­лась пер­вый раз за всю войну. (33)Пусть по­бу­дет ещё не­мно­го в своей отдалённой па­мя­ти, в золочёном двор­це, где по­ка­зы­ва­ют балет.

По А. Ли­ха­но­ву

 

 

За­да­ние 17. За­ме­ни­те про­сто­реч­ное слово «та­ра­щил­ся» в пред­ло­же­нии 11 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Всё, что было до войны, ка­за­лось мне те­перь освещённым ясным и мяг­ким све­том не­за­кат­но-сол­неч­но­го дня, того са­мо­го, когда мы с отцом зашли в та­бач­ный ма­га­зин.

(2)Солн­це брело по кры­шам, тени ста­но­ви­лись длин­нее, и моя душа ося­за­ла про­зрач­ность воз­ду­ха и даже, ка­жет­ся, не­ви­ди­мую дугу — след ла­сточ­ки, раз­ма­ши­стый её полёт в покое и слад­ко­звуч­ной ти­ши­не.

(3)Такой мне ка­за­лась жизнь до войны.

(4)Там, до войны, мы были с отцом в та­бач­ном ма­га­зи­не, он купил па­пи­ро­сы, три пачки, но потом на­ча­лась война, табак стали да­вать по кар­точ­кам, ма­га­зин за­крыл­ся, и вот туда пе­ре­еха­ла дет­ская биб­лио­те­ка.

(5)Что я по­чув­ство­вал, вновь пе­ре­сту­пив зна­ко­мый порог?

(6)Силь­ную обиду, обделённость, обман. (7)Будто я что-то по­те­рял и знаю, что по­те­рял без воз­вра­та, на­ве­ки. (8)Я стоял, как тогда, до войны, у са­мо­го по­ро­га, и было на душе у меня пусто, будто я ночью иду по пу­стой до­ро­ге. (9)И батя мне всё мнил­ся. (10)Вот он там стоял, у са­мо­го при­лав­ка, пла­тил день­ги, а сам так часто-часто на меня огля­ды­вал­ся, и улыб­ка не схо­ди­ла с его лица. (11)А я ведь тогда та­ра­щил­ся на кра­си­вые цвет­ные ко­роб­ки, всё со­би­рал­ся спро­сить отца, по­че­му он не купит себе труб­ку, и так и не спро­сил.

(12)И много чего дру­го­го не успел я сде­лать там, до войны, пока отец был так не­прав­до­по­доб­но близ­ко. (13)На­при­мер, по­ры­ба­чить не успел, схо­дить с ним на охоту.

(14)Я вспом­нил, как отец ухо­дил с ружьём. (15)Яркой вспыш­кой оза­ри­ло меня про­шед­шее, но не за­бы­тое мгно­ве­ние, точ­нее, чув­ство: мы с мамой про­во­жа­ем его до угла, где висит поч­то­вый ящик. (16)За­кат­ное солн­це сле­пит меня, бор­до­вое, зло­ве­щее, гроз­ное, на его фоне рас­ка­чи­ва­ет­ся ке­поч­ка отца, гор­ба­тит­ся ве­ще­вой мешок и тор­чит ствол ружья. (17)Мне от­че­го-то душно, мне тя­же­ло. (18)Я боюсь за отца: по­че­му он ухо­дит от нас? (19)Зачем эта охота? (20)Пусть лучше вернётся. (21)И в гла­зах у мамы я тоже вижу слёзы.

(22)Что это было? (23)Пред­чув­ствие? (24)Но война на­ча­лась через год, и много было ещё и смеха и слез до её при­хо­да, а я всё пом­нил тот вечер и чув­ство­вал ту тре­во­гу…

По А. Ли­ха­но­ву

 

 

За­да­ние 18. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «стро­чат» в пред­ло­же­нии 3 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Ночью ми­ни­ру­ем берег. (2)Темно, ино­гда на­кра­пы­ва­ет дож­дик, тёплый и при­ят­ный. (3)Взле­та­ют ра­ке­ты, одна за дру­гой, ле­ни­во стро­чат пулемёты. (4)Я лежу в ло­пу­хах. (5)При­ят­но пах­нет ноч­ной вла­гой, рас­те­ни­я­ми, сырой землёй.

(6)Я смот­рю на про­ти­во­по­лож­ный берег, на груп­пы скло­нив­ших­ся ив, осве­ща­е­мых дро­жа­щим све­том ракет.

(7)Вспо­ми­на­ет­ся наша улица — буль­вар с мо­гу­чи­ми каш­та­на­ми, ко­то­рые раз­рос­лись, об­ра­зо­вав свод. (8)Вес­ной они по­кры­ва­ют­ся бе­лы­ми и ро­зо­вы­ми цве­та­ми, точно свеч­ка­ми. (9)Осе­нью двор­ни­ки жгут ли­стья, а дети на­би­ва­ют кар­ма­ны каш­та­на­ми. (10)Я тоже когда-то со­би­рал, мы при­но­си­ли их домой це­лы­ми сот­ня­ми. (11)Ак­ку­рат­нень­кие, ла­ки­ро­ван­ные, они за­гро­мож­да­ли ящики, всем ме­ша­ли, и долго ещё вы­ме­та­ли их из-под шка­фов и кро­ва­тей. (12)Осо­бен­но много их все­гда было под боль­шим ди­ва­ном. (13)Хо­ро­ший был диван — мяг­кий, про­стор­ный, какой-то уди­ви­тель­но удоб­ный. (14)После обеда на нём все­гда от­ды­ха­ла ба­буш­ка. (15)Я укры­вал её ста­рым паль­то, ко­то­рое толь­ко для этого и слу­жи­ло, и давал в руки чьи-ни­будь ме­му­а­ры…

(16)На­пра­во — боль­шой гар­де­роб. (17)А на гар­де­робе — ко­роб­ки, кар­тон­ки со шля­па­ми. (18)На них много пыли, её сме­та­ют толь­ко перед Новым годом, Пер­вым мая и ма­ми­ны­ми име­ни­на­ми два­дцать четвёртого ок­тяб­ря…

(19)По­след­нюю от­крыт­ку от ма­те­ри я по­лу­чил через три дня после со­об­ще­ния о па­де­нии Киева, а да­ти­ро­ва­на она была ещё ав­гу­стом. (20)Мать пи­са­ла, что нем­цев ото­гна­ли, ка­но­на­ды почти не слыш­но, от­крыл­ся цирк…

(21)С тех пор про­шло де­сять ме­ся­цев. (22)Ино­гда я вы­ни­маю из бо­ко­во­го кар­ма­на от­крыт­ку, смот­рю на тон­кие не­раз­бор­чи­вые буквы. (23)Они рас­плы­лись от до­ждей и пота. (24)В одном месте, в самом низу, нель­зя уже разо­брать слов. (25)Но я их знаю на­и­зусть. (26)Я всю от­крыт­ку знаю на­и­зусть… (27)На ад­рес­ной сто­ро­не, слева, ре­кла­ма, а спра­ва — марка: стан­ция метро «Ма­я­ков­ская».

(28)В дет­стве я увле­кал­ся мар­ка­ми и про­сил всех дру­зей и зна­ко­мых на­кле­и­вать на кон­вер­ты кра­си­вые новые марки. (29)Вот и сей­час мать на­кле­и­ла кра­си­вую марку, как в дет­стве… (30)Они у нас ле­жа­ли в ма­лень­кой длин­ной ко­ро­боч­ке, слева на столе. (31)И мать, ве­ро­ят­но, долго вы­би­ра­ла, пока не оста­но­ви­лась на этой — зелёной и кра­си­вой. (32)Сто­я­ла, скло­нив­шись над сто­лом, и, сняв очки, рас­смат­ри­ва­ла их бли­зо­ру­ки­ми, со­щу­рен­ны­ми гла­за­ми и…

(33)Как всё это сей­час да­ле­ко! (34)Как давно всё это было, как давно!..

По В. Не­кра­со­ву

 

 

За­да­ние 19. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «массу» в пред­ло­же­нии 38 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Я с дет­ства меч­тал стать кло­уном. (2)Когда мне было во­семь лет, отец купил те­ле­ви­зор. (3)Я уви­дел вы­ступ­ле­ние Чарли Ча­п­ли­на и в один миг понял, что хочу быть имен­но кло­уном. (4)Каж­дый раз, когда я ло­жил­ся спать и за­кры­вал глаза, пе­ре­до мной по­яв­ля­лась огром­ная цир­ко­вая арена. (5)Я верил каж­дой кле­точ­кой тела, каж­дой во­ло­син­кой ощу­щал, что дру­го­го пути у меня в жизни не будет, толь­ко в цирк!

(6)И всю свою жизнь, на­чи­ная с вось­ми лет, я це­ле­на­прав­лен­но го­то­вил себя к про­фес­сии кло­у­на. (7)При этом шан­сов у меня почти не было: в цир­ко­вом учи­ли­ще кон­курс был — сто два­дцать че­ло­век на место. (8)Когда я по­сту­пал в ше­стой раз, я уже взрос­лый был тогда, мне ска­за­ли: (9) «Ну нет у тебя дан­ных!» (10)А на седь­мой все-таки взяли.

(11)Если, пре­одо­ле­вая себя, ты де­ла­ешь один шаг, то успех ша­га­ет тебе нав­стре­чу в де­сять раз быст­рее, и жизнь по­ка­за­ла, что вера — глав­ная сила че­ло­ве­ка.

(12)В моей жизни про­изошёл слу­чай, пе­ре­вер­нув­ший всё моё пред­став­ле­ние о кош­ках.

(13)Слу­чи­лось это в Ан­глии. (14)Я дол­жен был там вы­сту­пать, но пе­ре­пра­вить туда своих чет­ве­ро­но­гих без ка­ран­ти­на не мог. (15)А про­си­деть де­вять ме­ся­цев в клет­ках на ка­ран­ти­не мои кошки не в со­сто­я­нии, так как они при­вык­ли, что у каж­дой свой дом, они сво­бод­но гу­ля­ют по всему те­ат­ру.

(16)Тогда я решил по­ра­бо­тать с бри­тан­ски­ми кош­ка­ми. (17)Через не­сколь­ко часов в гримёрной си­де­ли сем­на­дцать кошек, не­счаст­ные, об­лез­лые, гряз­ные. (18)У од­но­го кота, по-ви­ди­мо­му, в драке был вы­дран клок шер­сти, у дру­го­го на лапе кро­во­то­чи­ла рана. (19)Это были улич­ные кошки. (20)Ни­ко­гда не ви­дев­шие хо­зяй­ской ласки и за­бо­ты, жи­вот­ные ис­пу­ган­но при­жи­ма­лись к стене, мно­гие пря­та­лись за ба­та­рею. (21)Они при­сталь­но гля­де­ли на меня, а глаза их го­ре­ли не­на­ви­стью. (22)Это были не кошки, а какие-то тигры, спо­соб­ные рас­тер­зать меня в любую се­кун­ду.

(23)Три дня я без­ре­зуль­тат­но пы­тал­ся найти с ними общий язык. (24)Они не под­пус­ка­ли меня к себе. (25)В от­ча­я­нии я про­тя­нул руки к небу и вос­клик­нул:

– (26)Гос­по­ди, по­мо­ги!

(27)И... про­изо­шло чудо. (28)Кошки за­бо­ле­ли. (29)Они бес­по­мощ­но ле­жа­ли на полу, лишь из­ред­ка от­кры­вая по­мут­нев­шие глаза: ко­ша­чий грипп.

(30)При­ш­лось каж­дый день де­лать уколы. (31)Ста­вить ка­пель­ни­цы. (32)Через две не­де­ли вдруг одна из кошек в моих руках за­мур­лы­ка­ла. (33)А это зна­чит, она меня по­лю­би­ла, зна­чит, будет театр кошек в Ан­глии.

(34)Вот, ока­зы­ва­ет­ся, как про­сто про­ис­хо­дит чудо. (35)Лишённые ласки дво­ро­вые кошки по­чув­ство­ва­ли лю­бовь че­ло­ве­ка, ко­то­рый же­ла­ет им добра. (36)Они раз­ре­ши­ли себя гла­дить, по­ня­ли, что я им друг.

(37)А потом, когда кошки вы­здо­ро­ве­ли, на­ча­лась игра. (38)Я сма­сте­рил массу иг­ру­шек, и с бри­тан­ски­ми кош­ка­ми мы по­вто­ри­ли все трюки, ко­то­рые вы­пол­ня­ли их мос­ков­ские «кол­ле­ги», и даже су­ме­ли со­здать много но­во­го и ин­те­рес­но­го.

(39)Но зна­е­те ли вы, как труд­но в дей­стви­тель­но­сти быть кло­уном? (40)Это для нас стало не ра­бо­той, а смыс­лом жизни. (41)Свои но­ме­ра и спек­так­ли с кош­ка­ми мы вы­стра­и­ва­ем так, чтобы, не­мно­го по­сме­яв­шись, зри­те­ли за­ду­ма­лись, по­смот­ре­ли на мир гла­за­ми уми­ле­ния и вос­тор­га. (42)И тогда у них про­буж­да­ет­ся же­ла­ние тво­рить добро, лю­бить наших мень­ших бра­тьев.

По Ю. Куклачёву

 

 

За­да­ние 20. За­ме­ни­те раз­го­вор­ное слово «одо­леть» в пред­ло­же­нии 6 сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом. На­пи­ши­те этот си­но­ним.

(1)Дом Пуш­ки­на в Ми­хай­лов­ском хоть и музей, а живой. (2)От льна, цве­тов, яблок в пуш­кин­ских ком­на­тах все­гда пах­нет солн­цем, чи­сто­той. (3)Но есть и дру­гая сто­ро­на дела — че­ло­ве­че­ская. (4)Не вся­ко­му дано стать ис­тин­ным му­зей­ным ра­бот­ни­ком. (5)Этому на­учить­ся почти не­воз­мож­но. (6)Иной всю му­зей­ную науку одо­ле­ет, всё знает, умеет объ­яс­нить и разъ­яс­нить, что, как и по­че­му, но вещи в его руках не ожи­ва­ют, оста­ют­ся мёрт­вы­ми. (7)У дру­го­го — жизнь во всём, до чего он толь­ко до­тро­нет­ся. (8)Труд­но объ­яс­нить при­чи­ну этого уди­ви­тель­но­го яв­ле­ния, но это так.

(9)Много лет ра­бо­та­ла му­зей­ной смот­ри­тель­ни­цей Ми­хай­лов­ско­го про­стая кре­стьян­ская жен­щи­на Алек­санд­ра Фёдо­ров­на Фёдо­ро­ва. (10)Она дей­стви­тель­но была на­сто­я­щим му­зей­ным ра­бот­ни­ком, хотя не было у неё ни­ка­кой спе­ци­аль­ной под­го­тов­ки.

(11)По утрам, при­ве­дя музей в по­ря­док, лю­би­ла она са­дить­ся у окна самой па­мят­ной ком­на­ты — ка­би­не­та — и что-ни­будь ру­ко­дель­ни­ча­ла. (12)На­вер­ное, вот так же си­жи­ва­ла у окна и ста­рая няня Пуш­ки­на, Арина Ро­ди­о­нов­на. (13)Бы­ва­ло, про­хо­дишь с го­стя­ми по музею и слы­шишь: «А ведь она у вас со­всем как Арина Ро­ди­о­нов­на!» (14)И дей­стви­тель­но, она лю­би­ла Пуш­ки­на и всё пуш­кин­ское — его бу­ма­ги, книги, вещи — осо­бой, ма­те­рин­ской лю­бо­вью.

(15)В руках Алек­сан­дры Фёдо­ров­ны — «тёти Шуры», как звали её со­слу­жив­цы и по­се­ти­те­ли Ми­хай­лов­ско­го, — все­гда было добро, в них всё пре­об­ра­жа­лось и ожи­ва­ло. (16)Уби­ра­ла ли она ком­на­ты Пуш­ки­на, сти­ра­ла ли пыль с ме­бе­ли, со­став­ля­ла ли бу­ке­ты, рас­став­ля­ла ли цветы на столы и ко­мо­ды, — все­гда у неё по­лу­ча­лось де­лать это с душой, и все при­хо­див­шие в музей вос­кли­ца­ли: «Ах, как кра­си­во!»

(17)За два­дцать лет, что про­ра­бо­та­ла Алек­санд­ра Фёдо­ров­на в Ми­хай­лов­ском, она хо­ро­шо узна­ла, при каком свете лучше смот­реть ту или иную кар­ти­ну и как и чем можно чи­стить крас­ное де­ре­во, брон­зу, зер­ка­ла. (18)Ей не нужно было ука­зы­вать, как и что по­пра­вить, не пора ли за­ме­нить ва­силь­ки на ро­маш­ки. (19)Она сама всё ви­де­ла и де­ла­ла.

(20)Когда при­сту­пал к ра­бо­те в музее новый экс­кур­со­вод или мо­ло­дой сту­дент-прак­ти­кант — все они обя­за­тель­но про­си­ли тётю Шуру по­слу­шать их экс­кур­сию и ска­зать своё слово. (21)Ста­руш­ка вни­ма­тель­но слу­ша­ла, да­ва­ла со­ве­ты и почти ни­ко­гда не оши­ба­лась.

(22)По по­не­дель­ни­кам дом Пуш­ки­на обыч­но за­крыт для по­се­ти­те­лей — экс­кур­сан­ты всё равно при­хо­дят и сту­чат­ся в двери. (23)Если при­хо­ди­ли люди доб­рые, веж­ли­вые, ста­ру­ха со­гре­шит и впу­стит их в музей, толь­ко ска­жет: (24)«Сей­час всё при­бра­ла, полы вы­мы­ла. (25)Сни­май­те са­по­ги, идите уж быстрёхонь­ко». (26)И её слу­ша­лись и, сняв обувь, сми­рен­но вхо­ди­ли в дом Пуш­ки­на, слов­но в храм.

(27)Она об­ла­да­ла чу­дес­ным даром оста­нав­ли­вать время. (28)Про­во­дя людей по ком­на­там, да­ва­ла по­яс­не­ния. (29)Это не было экс­кур­си­ей, какие про­во­дят про­фес­си­о­наль­ные экс­кур­со­во­ды. (30)Это была ве­ли­ко­леп­ная на­род­ная сказ­ка.

(31)В ком­на­те няни она обыч­но чи­та­ла на­и­зусть пись­ма Арины Ро­ди­о­нов­ны, ко­то­рые няня пи­са­ла Пуш­ки­ну из Ми­хай­лов­ско­го, и в устах рас­сказ­чи­цы они зву­ча­ли осо­бен­но за­ду­шев­но.

(32)После её ухода Ми­хай­лов­ское слов­но оси­ро­те­ло. (33)Долго не ве­ри­лось, что нет уже среди нас ста­рой ня­нюш­ки, что уже не услы­шим мы её лас­ко­вых слов: (34)«Вот по­слу­шай, сынок, мой совет...».

(35)И прав, ко­неч­но, поэт М.А. Дудин, ко­то­рый ска­зал о ней: (36)«Алек­санд­ра Фёдо­ров­на — ис­тин­ное чудо».

По С. Гей­чен­ко

Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru

Поиск

 
 

Блок "Поделиться"

 
 
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru

Copyright © 2021 High School Rights Reserved.