logo
 

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

РУССКИЙ ЯЗЫК

 

ИСТОРИЯ РОССИИ

БИОЛОГИЯ

ГЕОГРАФИЯ

МАТЕМАТИКА

Если приматность города определяется его местом в урбанистической системе внутри государства, то глобальность определяется местом города в системе мировой экономики и в мировой системе городов. Насколько критерии эффективности столицы совпадают с критериями эффективности глобального города?

Такие видные и авторитетные социальные теоретики города, как Джейн Джейкобс, считают, что современный город представляет собой, прежде всего, экономический феномен и его значимость определяется, прежде всего, его местом и ролью в системе международного разделения труда и ролью в транснациональных сетях обмена. Столицы с этой точки зрения, как и другие города, являются, прежде всего, местом локализации экономических связей и интересов.

Многие современные социологи и урбанологи пишут о подъеме глобальных городов, которые постепенно затмевают своим могуществом политические столицы национальных государств. С их точки зрения, они являются более важными для понимания вектора развития и реальных процессов в современном мире. По прогнозам некоторых экономистов, к 2025 году именно в глобальных городах, количество которых достигнет боо, будет сосредоточено 25% всего населения планеты и на их долю будет приходиться 60% всех мировых богатств. При этом только 100 городов, по оценке McKinsey Global Institute, займут верхние строчки в этом списке и будут производить 35% всех мировых богатств. Поэтому одним из главных предметов анализа для современных урбанологов и социологов города становятся глобальные города, которые составляют мощную конкуренцию столичным городам не только в географическом, но и в исследовательском пространстве.

Саскиа Сассен является наиболее известным теоретиком глобальных городов. По ее мнению, в результате развития средств транспорта и международных связей глобальные города все в большей степени эмансипируются от национальных экономик, политики и от системы местных и региональных связей и оказываются более автономными по отношению к местным экономическим цепям.

В центре экономики глобального города постепенно оказываются высокоспециализированные производственные услуги (advanced producer services или APS), которые корпорации обычно покупают у соответствующих фирм. «Корпоративный сервисный комплекс», согласно Саскиа Сассен, представляет собой сеть финансовых, юридических, бухгалтерских и рекламных фирм, обеспечивающих весь сложный процесс деятельности компании одновременно в нескольких различных законодательных, налоговых, рекламных культурах и системах. Эта система позволяет обеспечивать лучшую циркуляцию инновации во всех из названных сфер, а также координировать экономическую активность во всей системе глобальных городов. Подобные услуги стали настолько специализированными и сложными, что штаб-квартиры все чаще покупают их у других специализированных компаний. Этот корпоративный сервисный комплекс осуществляет координацию экономической деятельности не только в высокоразвитых странах, но часто и в пределах сети глобальных городов. Такая концентрация функций представляет собой стратегический фактор в организации глобальной экономики.

Экономическая активность в глобальных городах подчиняется закону замещения тех форм экономической деятельности, которые не выдерживают конкуренции за факторы производства, постепенно теряя свой престиж и инновационный потенциал, теми формами деятельности, которые связаны с процессами перманентных инноваций. Формы деятельности, которые больше не в состоянии платить возросшую ренту столицы или крупного мегаполиса, перемещаются в более периферийные города. В результате в глобальных городах сосредоточиваются наиболее инновационные сектора экономики, связанные с финансовыми и управленческими услугами, консалтингом и операциями с недвижимостью. В трехсекторной модели экономики третичный сектор экономики (сфера услуг) постепенно уступает свое место четверичному и пятеричному секторам (информационные технологии, научные исследования, планирование и организация производства).

Некоторые историки и социологи интерпретируют эту новую ситуацию в смысле утраты национальным государством своей прежней значимости. Возникновение все новых наций и подъем новых столиц с их точки зрения свидетельствуют об эрозии и инфляции политического суверенитета наций в современном мире. В этой системе координат современный мир возвращается сегодня к той ситуации господства коммерческих городов, которая существовала в Европе до начала нового времени и до подъема национальных государств. Коммерческие города эпохи Возрождения как будто берут реванш за свое прежнее поражение.

Глобальные города в большинстве случаев, как мы уже отметили, находятся в столицах (коллокация политического и экономического принципов). Столичность, безусловно, способствует стягиванию международных финансовых потоков в город и может вносить огромный вклад в приобретение городом глобального статуса. Любопытно отметить, что в некоторых странах (например, в Южной Корее) противники переноса столицы апеллируют именно к этому аргументу: такой перенос неизбежно нанесет ущерб глобальным амбициям города. В свою очередь, глобальность создает неплохую рекламу для столичных городов.

Важно обратить внимание, однако, на ряд факторов, которые как будто свидетельствуют и о противоположности императивов столичности и глобальности.

Большинство наиболее важных глобальных городов (глобальные города группы альфа) не являются столицами. Так из 20 наиболее важных глобальных городов, которые входят в категории альфа и бета, только 8 одновременно являются еще и столицами. При этом Амстердам, один из ключевых глобальных городов, только de iure является столицей Голландии (фактически столичные функции сконцентрированы в Гааге). Судя по списку одним из факторов успеха глобальных городов, вероятно, может служить их эмансипация от национальных экономик вообще. Об этом как будто свидетельствует успех Гонконга или Сингапура, городов-государств по модели Генуи или Венеции, не обремененных периферией и грузом национального государства. В легком вооружении исключительно городских форм хозяйствования такие города могут успешно конкурировать с тяжеловесными и часто неповоротливыми национальными экономиками. Это своего рода капитализм в одном отдельно взятом городе.

Но ситуация Сингапура и Гонконга является достаточно уникальной. Мнение о вытеснении национальных столиц глобальными городами нуждается в серьезных уточнениях и квалификациях. Некоторые социологи вообще ставят под сомнение универсальные претензии авторов теорий глобальных городов, как чрезвычайно узко направленных и пытающихся оценить статус городов только на основании их позиций в финансовой системе. Так известный социолог Маттей Доган предпочитает говорить не о глобальных городах, а о городах-гегемонах, которые сосредоточивают в себе всю полноту власти и престижа.

Важно обратить внимание и на тот очевидный факт, что важнейшие глобальные города все-таки по-прежнему находятся в наиболее развитых национальных государствах и экономиках мира. Так, Лондон, Париж и Токио, вероятно, представляют не только сами эти города, но и целые национальные экономики. Это свидетельствует о том, что глобальные города не вполне эмансипированы от национальных государств и часто находятся в зависимости от них.

Некоторые авторы (например, экономист Реувен Бреннер, тезис которого мы обсудим ниже) пытаются отлучить столичные города от инноваций, приписывая им тотальную консервативность. Тем не менее, на взгляд автора, в этой связи, скорее, стоило бы вести речь не о чуждости столичных городов инновациям, а об их принципиальной сосредоточенности на инновациях совершенно другого рода, а также о различиях между столицами демократических и авторитарных или традиционалистских государств. В то время как глобальные города сосредоточены в основном на технологических и управленческих инновациях, столичные города часто производят иные инновации – социальные, организационные, гуманитарные и культурные. При этом интерференция инноваций в городах может создавать помехи как их столичности, так и их глобальным притязаниям, если эти функции совмещены. Притязания на глобальность столичных городов как раз часто учитывают совершенно другой тип инноваций, на которые они ориентированы.

Разнесение глобальных и столичных аспектов урбанистической системы по разным городам может быть чрезвычайно благоприятным для страны. Для некоторых стран характерно именно такое разделение функций между городами, одни из которых ориентированы на бизнес, а другие – на политику, что часто является естественным результатом исторически сложившегося разделения труда внутри урбанистической системы. В других случаях разделение функций было специально организовано (например, в Австралии), и такое решение становится все более популярным в мировой практике.

 

Поиск

 

ФИЗИКА

 

Блок "Поделиться"

 
 
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru

Copyright © 2021 High School Rights Reserved.